Юность полностью

— Когда ты становишься старшеклассником. Сегодня же у вас первый день в старшей школе.

— Это мы заметили, ага, — кивнула Вивиан. — Сегодня было еще скучнее, чем в шестом.

Воздух прорезало дребезжанье дверного звонка. Девочки переглянулись. Я встал и пошел открывать.

Это пришел Нильс Эрик.

— Привет, — сказал он, — пригласишь старого коллегу на чашку кофе?

— А пива не хочешь?

Он поднял брови в напускном недоумении, а может, недоверии.

— Нет, спасибо. Мне потом за руль садиться, лучше перебдеть.

— Давай, заходи, — пригласил его я.

Он остановился посреди гостиной, и девочки уставились на него.

— Значит, вот вы где по вечерам сидите, — сказал он.

— А к тебе они еще не заходили? — спросил я.

Он покачал головой.

— Но сегодня после обеда четвероклашки забегали. Я как раз рыбные котлеты жарил.

— Нам просто скучно, — пожаловалась Ливе.

Две других сердито посмотрели на нее. А потом встали.

— Ну ладно, — сказала Андреа, — пошли дальше.

— Счастливо! — сказал я. — Заходите как-нибудь!

— Ха! — фыркнула Вивиан из коридора, перед тем как захлопнуть дверь.

Нильс Эрик улыбнулся. В окно мы увидели, как девочки быстро шагают вниз, к магазину.

— Бедные дети, — сказал я, — у них из развлечений — только к учителям в гости ходить.

— Может, ты их интересуешь, — предположил Нильс Эрик.

— А ты, хочешь сказать, нет? — спросил я.

— Хм, я… — он с шумом выдохнул. — Слушай, хочешь, поехали со мной?

— А куда?

Он пожал плечами:

— Может, на ту сторону фьорда? Или в Хеллевику?

— В Хеллевику я бы съездил, — ответил я, — а ту сторону и отсюда видно.

Нильс Эрик оказался походником — по его собственным словам, он попросился сюда на работу, потому что его манила природа. Он привез палатку и спальный мешок и собирался каждые выходные выбираться в поход. Может, и я к нему присоединюсь?

— Хотя нет, не каждые выходные, — он с улыбкой взглянул на меня, когда мы ползли в его желтой машине по берегу фьорда.

— Это не совсем мое, — сказал я, — так что я, наверное, воздержусь.

Он кивнул.

— Я так и подумал, — сказал он, — но что привело сюда тебя, горожанина в костюме и галстуке?

— Я буду писать, — сказал я.

— Писать? — переспросил он. — И что же ты собрался писать? Бланки заполнять? Заявления? Напоминалки? Письма? Лимерики для «Девяти часов»[17]? Отзывы читателей?

— Я над сборником рассказов работаю, — сказал я.

— Рассказов! — удивился он. — Это же Формула-1 для литератора!

— Это так называется? — спросил я.

— Нет, — он засмеялся. — Вообще-то нет. По-моему, так называют стихи. Это кто-то из Спонтанных поэтов[18] так сказал.

Я этого не знал, но промолчал.

— Но тогда почему б тебе не сходить со мной в поход? Хотя бы пару раз, на выходных. Тут потрясающий заповедник недалеко — до него всего-то час ехать.

— Вряд ли. Если я хочу, чтоб что-нибудь получилось, надо работать.

— Но природа! Чудесное Божье творенье! Все эти цвета! И растения! Об этом и напишешь!

Я разразился издевательским смехом.

— Я не верю в природу, — сказал я, — это клише.

— О чем же ты тогда пишешь?

Я пожал плечами:

— Я только начал недавно. Но если хочешь, могу дать почитать.

— Давай!

— Завтра принесу.

В деревню мы вернулись около восьми вечера. Светло было как днем. Небо над морем казалось таким огромным, что я его несколько минут разглядывал, перед тем как войти в дом. Оно было пустым, глазу не за что зацепиться, и тем не менее я подумал, что оно мягкое и доброе и желает живущим под ним людям добра. Может, это оттого, что горы выглядели такими жесткими и беспощадными?

Я перекусил, закурил и, налив чаю, засел проверять задания.

Так значит, Лив и Вивиан сестры!

Это почему-то меня обрадовало. И еще меня трогала ее беспомощность. Или, возможно, это была искренность?

Исправлять я не стал, чтобы не разочаровывать ее, и вместо этого написал красной ручкой коротенький комментарий внизу:

Я взялся за следующую тетрадку.