Общался я и с Тайванем. После КДС он снова вернулся в клуб. Его неплохо грели с воли и присылали письма поддержки даже из-за границы. Я был удивлён, учитывая, что мне никто не писал, поддержка «Узников Совести», как нас называют в националистических кругах, была в те года несильно развита, а село в тюрьмы в 2005–2006 годах очень много радикальных националистов. Загоняли ему с воли и диски с музыкой, которые мы ставили в клубе. Это был и панк-рок, типа «Exploited» и «Оргазм Нострадамуса», и всяческий симфо-метал, типа «Nightwish», и даже «Коловрат». Загоняли и антифашистские группы: например, «Ничего Хорошего», про которых мне Тайвань говорил, что они аполитичные скинхеды. «Ничего Хорошего» мне понравились, особенно песня «Родное Гетто», но долго в клубе они не играли, остальная публика обычно просила сменить их на что-нибудь нейтральное. Зато «Оргазм Нострадамуса» играл регулярно, и даже нашёл симпатию у некоторых других зеков, типа Сильвера.
В СКК тоже произошли изменения. Секретарь Ботов освободился, вместо него секретарём стал один бывший наркоман, который ранее был в СДП. Бывший — потому что в зоне отраву достать было негде. Председатель СКК и завхоз клуба тоже сменились, на эти должности встали двое мужчин в возрасте, досиживающие по пятнадцать лет срока. Новый завхоз сразу же затеял ремонт, и клубники были недовольны тем, что, приходя на работу, им приходится заниматься ремонтом вместо обычной творческой деятельности.
К секретарю СКК часто заходил наш новый отрядный бугор, который тоже был наркоманом со стажем. Когда его привезли в колонию и повели брать кровь, то не смогли найти ни одной вены, которую можно было проколоть. Настолько он себе их сжёг.
Примерно в тот же период по зоне пошла эпидемия туберкулёза. То одного увезут на Синт на проверку, то другого. Не зря говорят, что туберкулёз — профессиональная болезнь арестанта. Нас постоянно из-за этого гоняли делать флюорографию. Только за 2008 год я сделал флюорографию около пяти раз. Но, слава Богу, обошлось.
В отличии от прошлого нового 2008 года, встреча 2009 должна была пройти грандиозно по лагерным меркам. Алкоголя, конечно, не было, но пир в отряде планировался на славу. В КВР сдвинули столы из пищевки, отдельно поставив стол для обиженных, и началась подготовка к празднику. В нашей семейке мы заранее отложили припасы на праздник и теперь сварганили торт из печенья и сгущенки и множество различных тюремных блюд из позволенного режимом ассортимента.
В клубе тоже планировался целый ряд культурно-массовых мероприятий. СФСР провели предновогодние соревнования по силовому троеборью, а 31-го декабря прошли новогодние представления и концерт.
Помимо концертов, на сцене часто ставили различные пьесы, спектакли, в которых участвовали актёры из клуба. В одном театральном представлении, которое предназначалось для тюремного конкурса всероссийского масштаба, участвовал и я. Победители конкурса проходили в финал, и тогда им предстояло ставить спектакль на совершенно другой сцене, поговаривали, что даже на свободе. Разумеется, под конвоем. Сценка была трагическая, о сыне-алкоголике и убитой горем матери. Сына-алкоголика играл я. Сыграл неплохо, учитывая, что в моей роли, кроме изображения себя пьяного в нулину, слов почти не было. Но, видать, наш посыл приезжие театральные критики не оценили, и нашу зечью «труппу» никуда не позвали.
Ещё среди заключённых проводился конкурс песни осужденных, назывался «Калина Красная». Туда мечтал попасть и Мунтяну, и Цыган, но всё время их разворачивали по надуманным причинам. А это был повод сменить обстановку, ведь финалисты конкурса ехали на главный концерт в другую область.
Ну а на Новый год по плану стоял вечерний обход отрядов, с Дед Морозом и Снегуркой. На новогодний праздник режим давал послабления, и отбой переносился с десяти вечера на час ночи, а подъём ко времени утренней проверки. В девять часов вечера председатель СКК, председатель СД колонии, Дед Мороз, Снегурка и пара артистов из клуба должны были обойти все отряды. Артисты поздравляют — активисты (в данном случае я и рог зоны[311]) контролируют. Дед Морозом предназначалось быть Поляне, он уже не первый год был в этой роли. А где же взять Снегурочку в мужской колонии, спросите вы? Правильно, среди п*дарасов!
