И далее игумен Даниил стал не спеша и подробно рассказывать, как добирался до Иерусалима, какие страны и народы видел. Побывал он на островах Леро, Калимно, Низиро и Косе, наведался на большие острова Кипр и Крит, а потом морем добрался до Иерусалима. Как зачарованные слушали княжичи о чуде-городе, где люди плачут от радости, увидев желанную землю и святые места и где Христос претерпел мучения ради людей…
Подробно рассказал игумен о встрече с князем Эдесского государства Балдуином. Возникло оно благодаря ратным подвигам крестоносцев. Несколько лет назад, повествовал Даниил, в странах 3ападной Европы папа римский Урбан призвал христиан отправиться на Восток и освободить от неверных город Иерусалим, где находилась гробница Иисуса Христа. На призыв откликнулись десятки тысяч воинов, которые в августе 1096 года отправились в Крестовый поход. В тяжелейших условиях жары и безводья дошли рыцари до Сирии и Палестины, разгромили мусульманские войска и штурмом взяли Иерусалим.
– Этот подвиг ныне повторяют русские войска, направляясь против басурман, – говорил игумен Даниил. – Если мы одолеем ворога, то слава о нашем походе пойдет по всем русским землям и дальше, к западным странам и до Византии, и до Рима дойдет она, и до Иерусалимского и Эдесского королевств, до Балдуина…
Рати вскоре вошли в пределы Дикого поля. Вдали, у самого горизонта, появились половецкие разъезды, следившие за передвижением русских полков. Однако основные силы отступали в глубь степей, не принимая сражения. Наконец появилась одна из столиц половцев – крепость Шарукань. Юрий думал увидеть красивый город с дворцами, теремами, обнесенный высокой крепостной стеной, а перед ним открылось скопище кибиток и глинобитных мазанок, окруженных невысоком валом. Взять такой город приступом для русов не представляло труда, они сокрушали настоящие крепости и замки!
Однако никаких военных действий не понадобилось. Жители столицы сдались на милость победителя. Город был разграблен, а русское войско двинулось дальше.
В двух дневных переходах находилась вторая половецкая столица – Сугров. Она была укреплена посильнее Шаруканя: высокий земляной вал ощетинился заостренным частоколом. Видно, надеясь на эти укрепления, жители решили обороняться. Однако русы не спеша окружили крепость со всех сторон и начали засыпать ее огненным припасом и стрелами с горячими смоляными наконечниками. Вскоре город был охвачен пламенем и окутался клубами дыма. После этого русы с разных направлений ворвались в крепость.
Оставив после себя развалины и пожарища, полки продолжали движение к Дону. Юрий был несколько разочарован: вот уже и две столицы повержены к ногам, а он еще ни разу не участвовал в сражениях, отец держал его сотню возле себя и не позволял ввязываться в боевые действия.
Наконец 24 марта 1111 года с утра стали скапливаться огромные силы половцев. Русы вглядывались в мечущиеся конные массы противника, которые принимали боевой порядок. Русы тоже готовились к сражению. Перед строем скакали тысяцкие и воеводы, что-то кричали, размахивали руками. Юрий чувствовал, как его охватывает нервная дрожь. Наклонился к Ивану и, стараясь быть спокойным, сказал:
– Кажется, скоро начнется заваруха…
Иван повернул к нему бледное лицо, ответил, стараясь улыбнуться непослушными губами:
– Прикидываю, хватит ли на нашу долю вражеских воинов. Вдруг разберут всех и нам не достанется!
Верный друг, он и здесь еще пытался шутить, чтобы поддержать его в трудные мгновения!
Прискакал вестовой, передал приказ Мономаха: встать на правом крыле рядом с ростовцами, суздальцами и смолянами.
– А черниговцев куда поставили? – спросил его Юрий.
– Они левое крыло заняли, – ответил тот и умчался.
Юрий со своими воинами занял указанное место, встал в первом ряду. Взгляд его неотрывно следил за врагом. Там в разные стороны продолжали скакать отряды половцев, видно, своими передвижениями старясь запутать русское командование и скрыть направление главного удара.
Солнце перевалило за полдень, но половцы по-прежнему не трогались с места. Стояли и русы. Так повелось, что первыми наступали кочевники. Их конные массы были подвижны и стремительны, важно было остановить их первый натиск, а потом уже развивать успех. Так было и на этот раз.
И вот, когда солнце уже стало клониться к закату, вся огромная конная лавина врага пришла в движение и, набирая скорость, понеслась на русов. Наступил самый жуткий момент – ожидание боя, когда страх железной рукой стискивает сердце, все тело немеет и становится чужим. Именно в это время слабые духом не выдерживают и бегут с поля боя.
Юрий напрягся и, прикрывшись щитом, выставил вперед длинное копье. Он чувствовал себя единым целым со своим конем, им вместе придется принять на себя удар половецкой конницы. Он не раз слышал, что половцы сильны своим первым натиском, который они наносят на всем скаку и со всей силой. Но если выстоять, выдержать и не отступить, то пыл степняков убавляется, и они сражаются уже не с той яростью, и тогда можно их сломить, отбросить и разгромить…
