Я была помешана на прибыли и деньгах. Однажды потеряв все и пережив ряд потрясений, в который очень помогли деньги, я копила их с завидным упорством. Но вот в это предприятие, которое совершенно точно прибыль принесет не скоро - я вложилась. Строительство началось. Мое имя снова попало в газеты как одного из вкладчиков.
Я крутилась как белка в колесе, зарабатывала деньги, растила и воспитывала сыновей, запускала новые лекарства и только и делала - что работала. Времени на личную жизнь было очень мало. Мы с Уинном по-прежнему встречались и регулярно оказывались в одной постели. Только вот дальше этого дело у нас не шло. Мне было некогда, а его как мне казалось, все устраивало в наших «недоотношениях». Союз двух страшно занятых людей.
Так прошло шесть лет.
Любезная графиня… о, то есть мадемуазель! Должен Вам сказать, что это первый случай в истории нашего рода… да, но в мировой истории это не первый случай. Многие родовитые и даже августейшие особы женились на ком попало… вернее, я хотел сказать: по любви. Не так ли, дорогая? Короче, я… даю согласие на ваш брак, потому что я теперь либерал не только в вопросах внешней политики!
«Сильва» 1981 год.
Я стояла на огромных ступеньках крыльца здания суда и плакала, уткнувшись в широкую грудь любимого. Слезы лились, и я их не скрывала.
За ограждением бесновались журналисты. Они шумно переговаривались и толпа гудела. Ну, еще бы «ядовито-прекрасная Вантервиль» плачет, не скрывает своих слез и делает это на всеобщем обозрении, прямо на ступенях здании суда после завершения громкого процесса.
Но мне было всё равно. Машина еще не подъехала, что бы скрыть нас в своих глубоких недрах, а вот силы мои закончились. Этот процесс, эта напряженная ситуация последних месяцев, все эти убийства, поиски преступника и наконец сам суд, где я была чуть ли не главным свидетелем - вымотали меня до основания. Я очень устала, это всё довело меня до предела моих возможностей.
Но помимо колоссальной усталости, что тяжелыми гирями пригибала меня к земле, я чувствовала и огромное облегчение.
Весь этот кошмар закончился.
Я больше не буду вздрагивать по ночам, я больше не буду молить Темного, что бы прекратил этот ужас, я больше не буду сжимать зубы и держать каменное выражение лица. Я больше не буду закусывать зубами до крови губу, чтобы не заорать в голос, я больше не буду копить магию, чтобы не пропустить решающий удар. Я больше не буду трястись от страха, что однажды этому монстру надоест играть со мной, и он придет ко мне - за мной и моими сыновьями.
Я заслужила эти слезы, первые спустя месяцы как начался этот кошмар.
Я смогу обнять сыновей, я возьму отпуск, я буду наслаждаться покоем и счастьем. Я все это заслужила, за эти бесконечные месяцы кошмара и ужаса.
Любимый крепко прижимал меня к себе, и вдруг сорвал с моей головы модную шляпку, уронив ее прямо на ступени, и запустил крепкие руки в мои волосы. Он поднял к себе мое заплаканное лицо.
- Кора, милая Кора, не плачь. Я люблю тебя. Я очень сильно тебя люблю. Я сделаю всё, что бы ты была счастлива. Я смогу! Ты мне веришь?
- Да! Я верю! – прошептала я одними губами, потому что голос был безнадежно сорван на многочисленных судебных заседаниях.
- Ты же выйдешь за меня замуж?
Слезы лились и лились из моих глаз. Мне тридцать лет, я богата, красива, образованна, очень известна и популярна. И вот, несмотря на весь этот набор качеств, мужчина впервые в моей жизни звал меня замуж. Не в любовницы, не в содержанки, не в надёжные соратницы или деловые партнёры.
Меня звал замуж любимый.
- Да, я знаю, что ты можешь мне возразить. Все твои доводы не стоят медной монеты. Я клянусь тебе, что буду хорошим мужем и отцом. И я хочу детей. Наших с тобой детей, Кора. Мальчишки это конечно хорошо, но я хочу девочку, Кора, похожую, на тебя. И, я…- торопливо говорил любимый.
Я положила ладошку и закрыла ему рот. А потом посмотрела в глаза и улыбнулась сквозь слезы.
- Да!!!!!!!!! – заорал любимый на всю площадь, подхватил на руки и закружил меня прямо там, на ступеньках здания суда.
А я запрокинула голову и рассмеялась. Мне было все равно, что завтра напишут журналисты, ставшие свидетелями этой сцены. Я заслужила право быть просто женщиной, просто матерью и просто любимой.
Я выстрадала это право!
И я буду! Обязательно буду очень счастлива!
Горох не завезли в покои
Для добрых сказочных принцесс.
Пришлось в перину класть картошку (на вес).
- Кора? Кора, собирайся у нас убийство! – громкий голос нарушает тишину моей квартиры.
- Дядя Уинн пришел! – вылетел на встречу Уинну Пьер.
Следом за ним в коридор сорвался и Винсент, хотя оба до этого старательно разглядывали буквы на кубиках.
- Дядя Уинн! – вторил радостно брату Винсент.