Но Агор как будто бы не услышал. Он продолжал свой перевернутый с ног на голову рассказ:
— Меня Великий отец назначил наставником девочки, приказав помочь ей принять свою новую жизнь, но категорически запретил учить ее молитвам: девочка хотела вернуться в большой мир. Тогда заклинания не имели той силы, что сейчас, но вспышки возвратной магии случались гораздо чаще, чем раньше… Илайя привязалась к Великому отцу. Он стал для нее всем. Она боготворила его. Привела к нему Антоса, желая спасти мальчика от участи стать рабом. К сожалению, старший к тому времени был уже продан, и хотя Великий отец пообещал Илайе, что поможет ей выкупить брата и заплатит любую сумму за мальчишку, новая хозяйка категорически отказалась возвращать раба обратно.
Я прикусила губу, чтобы не вмешаться. Обратная сторона медали была так далека от истины, что я не воспринимала ее всерьез. Очевидно же, что правда совсем не такая: Великий отец зло, уничтожившее привычный мир. И все, кто считает по-другому, сразу поймут, что не правы, увидев разрушенные города, уходящих с обжитых и привычных мест беженцев и бесконечные ряды трупов…
А между тем Агор продолжал:
— Связь между Великим отцом и Илайей была такой сильной, что никто не удивился, когда, повзрослев, девочка пожелала разделить с ним постель. Тем более ее наследственность отлично подходила для продолжения рода Великого отца: она была из королевской семьи Грилории, а ее брат одним из самых сильных магов обители… Пока не проснулась магия Олиры, именно Антос, которого Великий отец назвал своим сыном, считался будущим наследником всей Епархии. Он экономнее всех расходовал магию, очень хорошо контролируя свой голос. А как вы понимаете, в условиях жесткого дефицита, когда приходилось копить магию годами, чтобы произнести какое-нибудь простенькое заклинание, подобное умение считалось определяющим силу мага. Но однажды Олира выпросила у отца разрешение провести утреннюю молитву. И в то же утро случилось чудо: Богиня откликнулась на призыв девочки. И не только она. Древние Боги тоже услышала пение девочки и вернулись в наш мир. Это было такое чудо…
Он улыбнулся.
— А потом начался настоящий кошмар… Магии стало столько, что молитвы, которыми мы сопровождали каждое свое действие, внезапно стали приносить результаты. Пожары, потопы, ураганы, землетрясения в отдельно взятом монастыре или даже отдельно взятой келье случались так массово и регулярно, что поначалу мы даже растерялись. К счастью, все пришло в норму довольно быстро. Магия, бушевавшая после возвращения богов, постепенно успокоилась. И молитва, предназначенная для на разжигание свечи стала зажигать свечу, а не устраивать пожары…
— Зачем вы все это мне рассказываете? — Не выдержала я.
— Я пытаюсь объясниться, — склонил голову Агор. — Я принял вас довольно холодно… И у меня были причины не доверять вам. Когда вернулась магия и мы навели порядок в Епархии, Великий отец рассказал мне о своих планах по захвату мира. Я попытался его отговорить. Да, мы и раньше планировали расширить территорию епархии, поскольку повышенная рождаемость за последние двадцать пять лет привела к нехватке продовольствия в нашей стране. Мы не могли прокормить себя на тех площадях, которые нам принадлежали. Поэтому готовились отщипнуть кусочек от соседей… Только не могли выбрать от кого: от Аддийского султаната или от Королевства Кларин. Аддийцы не такие воинственные, а приграничные территории с их стороны малонаселенны и султану не особенно интересны. Но земель, пригодных для возделывая там очень мало: камень и песок не подходят для выращивания злаков.
Я кивнула. Все так и есть. Горная гряда, которая тянется по всему побережью, начиная от Абрегорианской империи, резко сворачивает в море как раз где-то на границе Аддии и Монтийской Епархии. Скала, с которой я прыгнула в море одна из последних на берегу. А дальше побережье ровное и пологое…
