Защиту От Тёмных Искусств вёл мужчина, который постоянно заикался. Над ним смеялась вся школа. Мне же было очень жаль этого человека. Наверное, ему было страшно, точно так же, как и мне, находиться среди этих детей, которые порой более походили на акул, чем на невинных созданий.
Этот предмет был очень сложным. Но, прочитав те темы, которые я не понимала, несколько раз, углубляясь в смысл написанного, мне стало намного легче писать тесты и отвечать на «Удовлетворительно».
На мётлах же я держалась из последних сил и часто падала, от чего большинство однокурсников поднимали мои ошибки на смех. Мадам Трюк пыталась их утихомирить, но иногда это не получалось. Я постоянно ходила с ушибами и синяками. Странно, но боль не заставляла меня отступать, напротив, она подталкивала идти дальше, несмотря на мнение других. Я была очень слабой физически. И это сыграло далеко не лучшую роль в Полётах на Метлах.
Я всё равно не отступалась.
Травология была чем-то похожа на Зельеварение. Большинство растений, которые нам показывала профессор Стебль, были ингредиентами некоторых зелий. Venomous Tentacula или Жгучая Антенница, была просто огромной. Я слышала тихое постукивание, отчего по телу разливалась сильная дрожь. Плоды и листья были чрезвычайно дорогими, а потому Министерство запретило торговлю этими странными растениями. Хотя, лично я бы не рискнула своей жизнью ради пары галеонов — Антенница могла схватить и проглотить.
Астрономия мне показалась самым невероятнейшим предметом. Ночное небо было прекрасным, а звёзды, сияющие в глубине этой тьмы, казались чем-то непостижимым для моего сознания. Мы — всего лишь прах в этой огромной Вселенной. Но у нас есть то, чего нет ни у чего более — Человеческая душа.
Постепенно я привыкала к своему статусу «Серой Мыши», и мне, по правде говоря, нравилось чувствовать себя непричастной к ужасным хитростям этих змей.
***
— Долгопупс, назовите мне ингредиенты Зелья Фрактикуса, — низким тоном почти прошипел профессор Снейп.
Он был в двух партах от меня, но я не переставала сутулиться — эта поза была в каком-то смысле защитной. Спустя целых шесть месяцев я не переставала испытывать жгучий страх.
— Я… я… не знаю, сэр… — протараторил мальчишка, опустив глаза в пол.
— Просто замечательно! Минус пять очков с Гриффиндора! — с победным триумфом продолжил мужчина, теперь подходя ближе по направлению ко мне и смотря на моего соседа по парте. — Финниган!
— Лунный камень… — начал было слизеринец, но учитель не дал ему договорить.
— Болван! Там и в помине нет даже таких букв. — Герман тут же получил хороший подзатыльник учебником, а сам мужчина устремил свой взгляд на меня. Нутро похолодело. — Силвер!
Я смочила пересохшее горло слюной и зажмурила глаза.
— Пять листьев Ядовитой Тентакулы, одна слеза феникса, сто грамм пчелиной пыльцы в чистом виде, глаз заспиртованной змеи и одна мера порошка из Волшебных Фиалок, — на одном дыхании выпалила я. В этот момент мне казалось, что я бледнее снега и что сердце непременно выскочит из груди.
— Пять баллов Слизерину, — только сказал он, и я наконец смогла перебороть свой страх и посмотреть прямо ему в лицо, открыв очи.
Чёрные глубокие глаза словно заглядывали в душу, внимательно изучая её. Вытаскивая на поверхность то, что я желала спрятать ото всех. Свою слабость.
Мои опасения подтвердились — я и вправду жутко боялась этого человека.
========== Глава 3. Защита ==========
В одно утро меня вызвал к себе Дамблдор. Я помню, как тряслись коленки, перед тем, как гаргулья приняла пароль, произнесённый моим тихим, дрожащим голосом.
Старец приятно улыбнулся и указал жестом на кресло для посетителей. Кабинет этого светлого человека был таким же светлым, как и он сам. Столько окон, книг, всяких странных вещиц и портретов его предшественников… Всё это казалось мне чем-то схожим с его душой.
— Дитя моё, ты уже привыкла к здешним местам? — его тон был похож на пушинку — легок и непринужденен.
— Да, директор Дамблдор, — еле слышно прошептала я, несмело глядя ему в глаза.
— Это хорошо. Ведь в приют ты больше не вернешься. Я подумал, что это было бы неправильно, — на секунду я замерла, не веря собственным ушам. Неужели мне не придётся больше жить там? В этом ужасном месте, которое принесло большую часть неприятных воспоминаний? Только благодаря миссис Лэйкон я могла перенести ту боль. — Отныне Хогвартс твой дом на несколько лет.
Мне жутко захотелось обнять этого человека, но я остановила свой порыв, выдав свою радость лишь искрящимися от счастья глазами и широкой детской улыбкой.
Его большая ладонь стала неспешно поглаживать мою макушку. Так делала только мама. Такое действие навело на меня печаль и радость одновременно. Странно, но в тот день я впервые испытала смешанные чувства и эмоции.
— Я говорил с профессорами, но, думаю, что на должность твоего Просветителя подойдёт профессор Снейп, — при упоминании фамилии зельевара я побледнела. Несколько секунд молчала, осмысливая сказанное директором.
