Он пару секунд смотрел на меня и повернулся к экрану.
– Кое-что есть, – он взял пульт, – вот мы с тобой на тренировке в зале, отрабатываем этот прием – удар в прыжке обеими ногами в грудь.
На экране появилась запись со станции.
– Я помню, у меня не получалось, – я смотрела, как безуспешно падаю на маты снова и снова.
– Смотри здесь, – снова переключение картинки, – видишь? Труба в руках, ты подпрыгиваешь, молниеносный удар в грудь, мягкое безупречное приземление без малейшей потери координации.
– Что это нам дает? – спросил Барт.
– Она под действием препаратов.
– Это и так известно.
– Нет, это препараты, меняющие физическую и психическую реакции, смотри, – Иосиф увеличил мое лицо до того, что на экране остался один глаз, – зрачок расширен. Как бы она ни стояла по отношению к свету – зрачок статичен. Максимально расширен.
– Нам нужны братья Хейворд, – сказала я.
– Я их уже вызвал, – отозвался Барт.
– Неужели? – я не могла сдержать сарказм, не отрываясь глядя на экран, я сказала Иосифу: – У меня была удивительная ясность мысли и никакого сожаления. Ни тогда, ни сейчас. А сейчас я не на препаратах. Это не прокатит, Иосиф. Я виновна и не отрицаю это.
Барт бессильно развел руками, выразительно взглянув на Иосифа, и, хлопнув себя по бокам, вышел на террасу.
– Ты не помогаешь, Фрэн, – сурово сказал Иосиф.
– Он тоже, – я смотрела на Иосифа, – спасибо тебе. Это убежище… Эта стена… Спасибо, – слезы все же скатились у меня из глаз.
– Все позади, – он обнял меня, – ты справилась, даже лучше, чем можно было бы предположить.
Приехали братья Хейворд и сразу разложили свои бумаги.
– Так, последовательность введения препаратов. Формулы основных компонентов, формулы возникших в крови соединений, описание их воздействия на организм…
– У вас есть то, что может нам помочь? – остановил Барт этот поток сознания.
– Да, – Макс Хейворд выдернул из огромной папки очередную схему, – это последний состав, который я ввел, чтобы поставить миссис Морган на ноги. Это то, что уже было в ней. Убираем то, что ввел я, и получаем… – мы уставились на четыре формулы.
– И на что мы смотрим? – не выдержал Барт.
– По крайней мере, два соединения могли оказать на организм описанное вами действие. Вот это и вот это, – Генри Хейворд подчеркнул маркером две формулы.
– Вот такое действие? – мы снова просмотрели мои «успехи» в зале на тренировочной станции, а затем то, что произошло на «Мираже».
– Да, именно, – братья одновременно кивнули и повернулись к нам.
– Что вы имеете в виду? – встрепенулся Барт.
– У этих парней не было шанса. В другой ситуации они уложили бы ее в два счета, простите, миссис, но при таком… измененном состоянии они были обречены.
– Значит, они оба могли себя защитить, у них были все возможности к этому, но из-за действия препаратов ее физическая сила и скорость реакции не позволили им сделать это? – еще раз сформулировал вопрос Барт.
– Да, вы же видели. Пистолет у парня лежал на кровати – только протяни руку. Второй по весу и телосложению мог уложить ее одним ударом, простите, миссис.
– А девушка? – сухо спросил Барт.
Иосиф запустил пленку дальше.
– Они правы. У нее было достаточно времени, чтобы оценить ситуацию и убежать, – он отследил показатели времени на пленке, – видишь?
– Да, – Барт провел рукой по лицу, – это уже что-то, – в его голосе послышалось облегчение, – у нас есть линия защиты.
– Ты почувствовал себя лучше, поняв, что они тоже могли спокойно меня убить? – осведомилась я и, круто развернувшись, вышла.
– Морган! – Барт вышел за мной следом, я на это не рассчитывала.
В кабинете все обернулись на нас.
– Простите нас, мы ненадолго, – Барт жестко подхватил меня под локоть и вывел в сад.
Лужайка уже была залита солнцем. Уже утро. Маргарет и Элиот возятся с огромным псом. Я замерла.
– Что? – моментально насторожился Барт.
– Именно это не давало мне сойти с ума и впасть в отчаяние. Майкл был там, – я кивнула на веранду, – здесь ты… – я подняла руку, чтобы показать, где стоял он, но он перехватил мою ладонь.
– Морган, – он едва сдерживал свои эмоции, – я знаю, что тебе было тяжело. Я никогда даже представить не смогу – насколько, понимаешь? Я не враг тебе.
– Но ведешь себя так, – я мягко вывернула руку, не сводя взгляда с детей.
– Я не смог защитить тебя тогда. Я хочу сделать это сейчас, я делаю все, что могу.
– Ты можешь просто быть рядом? Просто обнять меня и сказать, что все будет хорошо? Даже если это не так и клану грозит разбирательство? Я не знаю, как они поведут себя по отношению ко мне. Они могут оставить меня один на один со всеми проблемами.
