Мы поужинали, дядя уехал к себе, крепко обняв меня на прощание. А я уснула, переполненная различными чувствами и эмоциями в ожидании завтрашнего дня.
На следующий день я приехала на заседание Совета клана при полном параде, внутренне готовая ко всему. Сантана так Сантана, черт с ним. Я вошла в зал и впервые ощутила эту мощь. Все повернулись ко мне и встали. Строгие, серьезные, холодные лица. Я встала у своего кресла во главе стола и, кивнув всем, села. Все заняли свои места вслед за мной.
– Сэр Энтони, что у нас сегодня? – спросила я.
– Сэр Финли заявил о своем желании сложить свои полномочия вашего полноправного представителя в правлении «Морган индастриз». Учитывая характер вашей службы, вам необходимо назначить нового представителя и поверенного.
– Надеюсь, вы не откажете мне в этой чести, сэр Энтони, – сказала я, глядя в его непроницаемое лицо.
Сэр Энтони кивнул, и сэр Финли, пожав ему руку и передав увесистую папку с документами, покинул совещание.
– Сэр Колин, теперь вам слово, – обратился сэр Энтони к генетику.
Рядом с генетиком сидел незнакомец и буравил меня взглядом. Я внутренне сжалась в ожидании вердикта.
– Вчера я встретился с генетиками четырех кланов. Мы зашли в тупик – ни один из претендентов не подходит.
Карандаш в моей руке хрустнул на две части, я осторожно положила их на стол. Никто не подал виду, что заметил произошедшее.
– Итак, – продолжил сэр Колин, – мы обратились к Независимому наблюдательному совету, и они, тщательно изучив и перепроверив все исследования, пришли к выводу, что пора обратиться к поправке о «свежей крови».
– Можете пояснить? – я уже ничего не понимала.
– Примерно раз в три поколения мы сталкиваемся с подобной проблемой невозможности подобрать пару, это следствие кровно-родственных браков, допущенных нашими предками. После первого прецедента была принята поправка о «свежей крови», согласно которой супруг или супруга может быть выбран, опираясь исключительно на генетическую совместимость и игнорируя его или ее социальный и финансовый статус.
Сэр Колин дал мне время усвоить информацию и продолжил:
– Я должен спросить, есть ли у вас уже какие-то предпочтения?
Я бросила взгляд на сэра Энтони, тот сделал едва заметное движение.
– Нет, – твердо сказала я, – я приму любое решение клана.
Генетик удовлетворенно кивнул, и они с незнакомцем покинули совещание. Дальнейшее их не касалось.
– Сэр Энтони, кто это был? – спросила я, когда двери за ними плотно закрылись.
– Представитель Независимого наблюдательного совета, который должен исключить сговор, подтасовку данных и любые другие недопустимые действия. Он же проводит окончательную генетическую экспертизу всех четырех генетиков, чтобы исключить малейшую возможность ошибки.
Я медленно кивнула. Я и не представляла, насколько все серьезно.
– А теперь введите нас в курс дел, которые вел сэр Финли, – сменил тему сэр Энтони.
Я раздала всем сидящим за столом увесистые файлы, и мы дотошно пункт за пунктом, страницу за страницей обсудили все документы.
– На этом всё? – спросила я и потерла глаза, когда мы перевернули последний лист в папке.
– Последний вопрос, который необходимо решить, как можно скорее, – сэр Энтони поднял на меня непроницаемый взгляд, – в своем завещании первыми в очереди наследников вы указали незаконнорожденных сыновей сэра Моргана – сэра Майкла Сэйнфилда и Патрика Дугана.
– Да, так и есть.
– Мы должны обсудить вопрос об их принятии в клан и разрешить им взять фамилию Морган.
– Как вы решите, так и будет, – я сама была в шоке от своей покладистости.
Сэр Энтони обвел взглядом всех сидящих за столом, и, получив от всех молчаливые кивки, сказал:
– Итак, сэр Майкл Сэйнфилд и Патрик Дуган получают право взять фамилию Морган и становятся членами нашего клана. Советы их кланов будут извещены о нашем решении завтра. На этом всё.
Все, кроме сэра Энтони, покинули зал. Я поняла, что тоже должна остаться.
– Мне жаль, что мы не были знакомы с вами раньше, сэр Энтони, – сказала я.
– Да. Ваш отец не стремился к этому, – сухо сказал он и встал, – давайте пройдемся по парку.
Мы вышли в парк.
– Я сейчас скажу вам то, что обычно не проговаривается ни в коем случае, но поскольку вы выросли вне наших правил и традиций, я проговорю это один раз. Мы не всегда сами бываем довольны предстоящими альянсами. Это не всегда самые лучшие кланы и не самые блестящие их представители. Но мы бессильны что-то предпринять. Вы представить себе не можете, под каким колпаком вы были. Вас неотступно «пасли» агенты четырех кланов, наш генетик работал под невероятным давлением, за ним наблюдало пять экспертов – четыре от кланов-претендентов и один от Независимого совета. Мы рады, что за все это время вы ничем не скомпрометировали себя.
Я поежилась, вспомнив фото, перехваченные дядей.
– Сейчас я еще раз задам вам вопрос, и теперь вы можете ответить прямо: есть кто-то, кого бы вы хотели видеть рядом с собой?
Я смотрела в глаза сэра Энтони. Что мне ответить? Бартоломью Флинт? А если я ему не нужна? Он за все это время даже не дал о себе знать.
