В длинных волосах затерялась тина и ил, русалка принялась вычесывать их тонкой косточкой, которую до этого держала припрятанной за ухом.
— Ох, бедняжка. Тебя пленил Авалон, вот уж непоседливые фейри, не дают близко подойти к их дому. Еще и воспоминания забрали. Ты дорогу домой помнишь?
Ютер открыл рот, чтобы уверенно выпалить ответ, но вдруг передумал и грустно покачал головой. Прекрасные переливающиеся в солнечных лучах крылья опечаленно поникли вниз.
— Не выживешь ты здесь.
Русалка томно обмахнулась плавником, замолчав. Маре стало жалко несчастное создание, она потянулась к русалке, подняв руку вверх и промычав невнятный призыв о помощи.
— Что? Доплыть до Авалона? Ты что, они же всех нас одурманят, эти гадкие порождения природы.
Мара стояла на своем, и русалка сдалась, хлестко откинув волосы назад.
— Но мы должны быть осторожны, дитя атлантов. Я проведу тебя по верхним слоям, но внизу, на самом океанском дне, ты будешь в одиночестве. Тело мое не способно выдержать плаванья там.
Ютер порхнул с плеча, Мара медленно согласно кивнула и ступила следом за русалкой. Холодные морские воды объяли могучее тело. По мере погружения становилось темнее, русалка махнула хвостом, поднявшись выше, дальше плыть она не могла. Мара и Ютер отправились вперед вдвоем по морскому дну, полному странной живности. Их вел мягкий свет забытых воспоминаний, тонкой золотой нитью тянувшийся вперед. Поначалу его след терялся и плутал в пучине, но по мере движения нить становилась толще. Под ногами дыбился песок, поднимался пыльными облаками вверх, застывая причудливыми формами. Он налипал на ледяные мышцы, сливался с ними и смывался под гнетом давления нового песка. Спустя время впереди показался слабо различимый свет. Ютер с любопытством выглянул из-за плеча великана, но потом вновь спрятался за широкой спиной. Мара не сбавила шага, одинокий огонек начал приближаться. На расстоянии вытянутой руки за ним прорисовалась огромная чешуйчатая морда. Большая приплюснутая рыбина открыла рот, с намерением сожрать путников. Мара преградила ей путь рукой, ухватившись за светящийся шарик. Рыба взбрыкнула, подняв толстый слой песка, хлестнула хвостом так, что Ютер чуть не слетел с плеча и только в последний момент успел зацепиться за шею, и рванула назад, развернувшись. Мара очутилась на длинной плоской спине, держась за шарик на толстом отростке. Руки скользнули к основанию отростка, у лба, и огонек вновь упал перед мордой метавшейся рыбины. Она попыталась стряхнуть со спины незваных гостей, но ничего не получилось, и она успокоилась, снова двинувшись за фонариком. Если качнуть отросток в сторону, огонек смещался, и чудовище меняло направление, им можно было управлять. Мара всмотрелась в черноту кругом, с трудом различив золотистую нить и направив рыбу в ее сторону. Плавно и тягуче чудовище поплыло вперед, держась над самой кромкой песка. Если рядом и были другие обитатели моря, то они в страхе прятались от знакомого им огонька.
Постепенно песок начал меняться, стали попадаться растения. Подплыв к шлейфу, чудовище замерло, не смев двинуться вперед. Мара со всей силы потянула отросток-жгут назад, перекинув огонек в другую сторону. Рыбина взвилась вверх, стряхнув непрошенных попутчиков с себя, развернулась и умчалась в темные глубины. Ютер беспокойно заерзал на плече, светящийся след стал виден отчетливо, будто был только недавно проложен. Когда они прошли еще немного вперед и начало светлеть, их встретила недовольная русалка. Весь ее вид показывал, что она ждала слишком долго. Она развлекалась тем, что ловила в ладони и вновь отпускала на волю маленьких головастиков, сновавших среди кораллов и полипов. В ее волосах запуталось несколько косточек, явно намекавших, что у русалки недавно был обед. Завидев Мару, она махнула рукой и поплыла вперед, показывая дорогу. Впрочем, в этом не было необходимости. Следы висели сквозь толщу воды золотыми веревками, надежно проложив путь. У выступавшего из воды камня остановились, русалка поднесла палец к губам, призвав к молчанию, и указала на берег. Там, резвясь, плясали веселые феи, каждая едва по три фута ростом. Чуть поодаль пасся одинокий конь, щипля зеленую траву.
— Дальше не могу. Потерянную память сможет вернуть только королева Титания. Но смотрите, не сверните не на тот путь! Попадете к Оберону — пощады не ждите.
