Погода только способствовала княжескому выезду и хорошему настроению, а потому что лето на дворе. Ведь всем известно, даже пням стоеросовым, что из растительного мира, что из мира человеческого - летняя погода и лето вообще очень даже способствуют хорошему настроению и самочувствию. Светит солнышко, ветерок ласковый тебя обдувает и кажется, что и нет вовсе никаких болезней и печалей с горестями, одна только радость вокруг присутствует. Вообще-то она, радость, в большей степени для простого народа присутствовать предназначена, потому что дела и заботы у него мелкие, как и он сам, а о больших делах он, народ, даже не помышляет.
Другое дело князь-батюшка, ему, по самую макушку погруженному в дела и заботы государственные, обращать внимание на ласки погоды времени особого нету. Да и отвлечь это может от дел важных, потому что государственных. Стоит хоть чуть-чуть разомлеть лицо ветерку ласковому предоставить и на солнышко зажмуриться, как опомниться не успеешь, ты или уже без штанов в речке плещешься, или же девку на сеновал тащишь. Допускать этого никак нельзя, во всяком случае нежелательно, потому как может случиться ситуация, с Русланом и его княжеством случившаяся.
Вот князь-батюшка на все прелестные прелести погоды ласковой и не отвлекался, потому что заставил свою голову думать о делах важных, государственных и межгосударственных. Хотя чего греха таить, срамными и лукавыми мыслями предпринимались неоднократные попытки проникнуть в княжескую голову и безраздельно ей завладеть, выгнав на все четыре стороны всякую ерунду, насчёт того же Ивана, например.
С Иваном надо было что-то решать и делать, потому что оставлять этот так, как оно сейчас происходит, до невозможности нельзя. Если оставить всё, как есть, то кваску не успеешь испить, как найдутся желающие повторить Ивановы действия. Вернее будет сказать, они, желающие эти, уже есть. Неизвестно много ли их, скорее всего не очень, иначе, как те тараканы на кухне, вокруг так и шныряли бы. Скорее всего немного их и сидят они по углам темным да поганым и мысли свои насчёт захвата царств-государств в свои руки по головке поглаживают.
Не подумайте, что мысли эти происходили в голове князя-батюшки где-то, неизвестно где, вне конкретно определённого времени и вне не менее конкретной местности. Князь-батюшка верхом выехал со двора княжеского и не спеша поехал по городу. Говорилось уже, наведение порядка в городе в плане его освобождения от всевозможного мусора с грязюкой - дело важное и ответственное, которое нельзя целиком и полностью поручать даже самому преданному и расторопному человеку, на княжеской службе состоящему. Да и много ли их таких преданных и расторопных одновременно у князя-батюшки состоит? Князь начал: вспоминать, перебирать тех, кого знал лично. Перебирал, перебирал и доперебирался до того, что выругался и сплюнул.
Выходило, что кроме Ивана Премудрого слуг таких у него и не было. Да и тот подлецом и проходимцем оказался. Правда князь-батюшка и раньше знал о таких талантах и способностях Ивана, но они его вполне устраивали, потому как не были направлены супротив самого князя-батюшки. А теперь, стало быть, получалось так, что направлены. Направил получается Иван свои таланты супротив князя-батюшки, хоть и не напрямую.
Можно конечно было, размышлял князь-батюшка, посадить дружину в ладьи и по реке полноводной приводить Ивана в чувство отправить. Оно очень даже удобно получалось. Река та, самая широкая и полноводная, которая рядом со стольным градом протекала, несла свои воды как раз в Самое Синее море, а княжество Русланово на берегу того самого моря располагалось. Так что попасть туда дружине княжеской, было проще простого.
Один путь был: это спуститься по реке до моря, а там, морем, совсем чуть-чуть плыть, добраться до порта, благодаря которому, Русланово княжество неплохой достаток имело. А от порта до стольного града Русланова пути,всего совсем немного: не в днях, а в часах тот путь измеряется. Точно так же можно было пристать где-нибудь не доплывая до Самого Синего моря, выгрузиться и, конным да пешим порядком до того стольного града добраться. Пути выходило несколько больше - дня три, но это мелочи.
Князь-батюшка аж обрадовался, но не погоде летней и ласковой, а мысли в его княжескую голову пришедшей. Сам того не подозревая, он сначала разработал и составил гениальную военную операцию, а потом уже, понял, что он придумал и составил. Улыбаясь, настроение хоть и было хорошим, стало ещё лучше, князь представил, как его дружина окружает стольный град, где этот проходимец окопался, с двух сторон и берет в осаду. Интересно, куда в таком случае будет деваться Иван, и какие свои премудрости на этот счёт придумает?
Сделать это было можно, и сделать даже очень легко, но делать было нельзя, потому что в одиночку. Нет, сил воинских у князя-батюшки хватает и даже с лихвой, здесь другая штука вырисовывается, которая политикой называется: и этому слову Иван князя-батюшку научил.
