Доминиани не терпеливо дернул детей, понукая их идти за собой. Мальчик и девочка, не понимавшие чего от них хотят, ещё этим туром жившие в маленьком приюте для сирот, открытом монахами-доминиканцами в Вендене, как только город перешёл под власть польского короля-католика, боязливо оглядывались на шумную толпу грязных и пьяных бродяг, матросов, грузчиков и девок. Врач остановил суетливую Марыльку и что-то спросил у неё. та указала на Большую Берту, ещё на пороге увидевшую человека с детьми, и теперь ждавшую.что будет дальше, уперев свои огромные кулаки в жирные бока. Доминиани подвёл детей к женщине, стоявшей среди бочек, деревянных кружек, ендов и кувшинов, внимательно посмотрел на неё и спросил:
–Купите детей?
Берта не удивилась. Она наклонилась к девочке и мальчику, по очереди ощупала их, покопалась в волосах, потом заставила открыть рты, осмотрела зубы и нёба.
–Твои? -спросила она осматривая дорогую одежду медикуса.
–Нет.
–А где взял?
–Их родители отошли в лучший мир, а я остался из опекуном. Не хотите покупать, возьмите в аренду.
–По талеру за каждого – предложила Большая Берта
–Дукат за двоих! -потребовал Доминиани
–Золото! Да я его отродясь не то что в руках не держала, в глаза не видела. По талеру .Если будешь выкупать -три.
Доминиани мялся, но азарт и жажда отыграться съедали его.
–По рукам.
Берта кивнула, и крикнула:
–Марылька! Зови Мясника, да иди ко мне -тут она опять наклонилась к детям и оскалив в улыбке рот где была только половина зубов, сказала -Ты будешь Гензель, а ты Гретель…сейчас на кухню вас отправлю, на печь.
Мальчик взял девочку за руку и оттащил назад. как бы закрывая её собой, а девочка округлив свои голубые, наполняющиеся слезами глаза, с покорным ужасом спросила. глядя на Большую Берту:
–Вы хотите нас съесть!?
Берта выпрямилась, всплеснула руками:
–Что вы крошки, я же не ведьма! Я, если ваш опекун-тут она зло посмотрела на Доминиани топтавшего в нетерпении -вас не выкупит, обучу вас добрым делам! Ты Иоганнес, пока маленький и ловкий, научишься срезать омоньеры у толстопузых бюргеров, а ты. Маргарита, попрошайничать. А если у тебя ещё и хороший голос, то и выступать со слепым Моцартом. петь под его виуэлу! А как подрастёшь -Берта хитро подмигнула девочке. -Так и на что другое сходишься!
Подошла Марылька.
–Ты где ходишь, дрянь! Еле ворочаешь своими окороками! -напустилась на неё Берта, а привыкшая к нраву хозяйки старая дева молчала- Отведешь деток на кухню, да хорошенько накормишь. А потом уложи на печь, где мы с мои хряком обычно спим. Нам то сегодня и не прилечь, столько всякого сброда набежало! Что там Огрызок то, выбил душу из того шведа?
–Унесли ещё жив был, а другой так и не пришёл в себя…
–Ну будут знать как с ветераном двенадцати компаний связываться! Огонь мужик, хоть половинка от него осталась! Так, ну чего стоишь!?Шевели рульками, да сперва скажи моему борову, чтобы подошёл. А потом детьми займись. Стой ка! Скажи всем из наших, что если кто девчонку тронет, я ему сама всё до чего дотянусь выхолощу!
Мясник хмуро выслушал Большую Берту, хмуро посмотрел на лекаря, потом как мог улыбнулся детям и велел их увести. Достал из кармашка своего широкого, с пятью пряжками, кожаного пояса монеты и кинул в ладонь Доминиани. Тот зажав деньги, почти бегом бросился к двери.
–Игрок. Всех их видно по золотому туману в глазах. он им разум то и застит -Мясник осмотрел телеса совей сожительницы и плотоядно сглотнул -Так бы и съел тебя!!!
–Сегодня нам спать не где. Я велела на печь детей уложить. -кокетливо ответила Берта.
–Опять думаешь утешение себе в старости нашла? Мы уж одного воспитали как своего. А он теперь ходит по морям-океанам, земли новые ищет ,в дом носа не показывает!
–Том добрый мальчик, когда-нибудь вернется домой -сказала Берта и промокнула глаза краям грязного фартука.
–А детей то как зовут? – спросил Мясник
–Я назвала их Иоганнес и Маргарита ,память наших крошек. –слёзы обильно потекли по толстым и румяным щекам женщины – Ты то хоть вспоминаешь их ,боров?!
–Вспоминаю, вспоминаю. – в тон жене грустно ответил Мясник.
Друзья покинув кабак. поднялись на насыпь перед Замковым мостом, прошли через решетчатые ворота Привратной башни Екаба. которую никто не охранял .и двинулись в сторону Русского подворья, вдоль стены, к квадратной башни Рамера, зубцы в навершие которой делали её похожей на шахматную фигуру. Все стрельчатые арки подстенков были заколочены досками. и в одну такую деревянную стену и постучался Бориска прикрикнув:
–Агнешка, открывай друзьям, да согрей их с мороза!
Хлипкая дверь приоткрылась и женский голос сказал:
–Заходите, да холода не напускайте.
Друзья зашли. Тут в подстенной нише жили сёстры, Марылька. старая дева. и Агнешка. с двумя детьми. Откуда они пришли в город женщины не любили говорить, ясно было, что бежали от войны в Литве. Ниша была поделана на два яруса, верхний перекрывал настил, и туда вела приставленная к дыре в нём лестница. По ней ловко вкарабкался Палтус и исчез в дыре.
–К Олечке и Олегу спать пошёл -улыбнулась Агнешка. красивая женщина, с правильными чертами лица, лет тридцати.
