Первые ряды занимала царская семья, знать и главный передатчик. Поскольку оттесненным простолюдинам не было видно ничего, кроме спин впередистоящих, главный передатчик громко описывал, что он наблюдает, а его подручные и ученики, рассыпавшись среди народа, как по цепочке передавали его слова стоявшим позади, и каждый приукрашивал свое повествование как только мог, потому, что самый красноречивый после смерти главного передатчика, занимал его почетное и очень доходное место. Главного передатчика холили и лелеяли, и поэтому, как правило, доживал он до очень глубокой старости, зачастую уже практически слепым и глухим, но с воображением и словарным запасом, усиленными годами.
Так рождались на гаттерийской земле самые невероятные легенды.
Утреннее солнце, хоть и молодое, нещадно слепило глаза, и Ивану приходилось карабкаться по камням, одновременно глядя вверх, прикрывая глаза рукой, как козырьком.
Дракона не было видно.
"Может, весь этот курултай его не разбудил?" – отдуваясь и обливаясь потом, думал царевич, прокладывая чуть не на четвереньках курс среди поросших короткой жесткой травой глыб размером со слона и изо всех сил стараясь не наступать на черепа. – "Может, удастся подойти тихонько, забрать золотую овчинку и – бегом вниз?.. Хочется надеяться, что невидимок драконы не видят, как и полагается... Хотя интересно, а нюх у них хороший?.. А слух?.. Что же я помню про них?.. А, у них размах крыльев около сорока метров... У молодых... А еще... Еще... у них ушей нет... Зато есть когти, и ими он может зацепиться даже за вертикальную скалу... А еще у них период спаривания летом... И зрачок вертикальный... А чешуйки шестиугольные. Или это у пчел соты? Ах, да. Еще круг кровообращения у драконов открытый... что бы это ни значило... Да зачем мне все это! Я должен вспомнить про нюх и слух!!! Нюх... Нюх... Эх, говорила мне мама – учи зоологию... Так кто ж его знал... Они же вымирающий вид... К несчастью... Пока не вымерший...
Ох, да когда же, наконец, эта вер... ши... на..."
Ой.
Вот она.
А вон и пещера. И не пещера даже, а просто неглубокая ниша в стене с уступом, похожим на сиденье, на котором и лежала – руку протяни – зо...
Струя жидкого пламени ударила в камень над головой Иванушки, и огненный капли разлетелись, поджигая сухую редкую траву.
Он успел кинуться за одного из "слонов", и только это спасло его от погибели, а царя Ксенофоба – от преждевременного разочарования, потому, что при прямом попадании даже костей бы от незваного гостя не осталось.
Над головой скрючившегося в тени глыбы Ивана, низко-низко, медленно-медленно, поворачивая башкой цвета нечищеного медного самовара и раздувая ноздри, как бы принюхиваясь, проплыло золотисто-зеленое чудовище. На мгновение царевичу показалось, что один огромный желтый глаз остановился на нем, и сердце, просвистев мимо озадаченного желудка, ухнуло прямо в правую пятку.
Дракон, медленно ухмыльнувшись, стал заходить на второй круг.
"Гадская ящерица," – выругался сквозь зубы Иванушка, пытаясь одной трясущейся рукой развернуть бумажку, на которую еще вечером выписал заклинания трех волшебников, а другой стянуть сапог, – "Могла бы и не заметить... Ну ведь зачем нужна ей эта дурацкая шкура, а?! Ладно, план "А" провалился. План "Б"... Криббль, Краббле, Круббле!"
Прицельный залп из сапога-огнемета, кроме видимого удивления на лице кровожадного ящера, других результатов не принес и, не выскочи царевич вовремя из своего укрытия, у дракона появился бы слегка пережаренный, но вполне съедобный завтрак.
Третий, четвертый, пятый и шестой заходы последовали до отчаяния быстро один за другим, и оглушенный, ошарашенный Иван метался с места на место среди всплесков огня, лавы и горящей земли, не соображая больше, что делать и куда бежать.
Перед последним заходом дракон, похоже, решил сделать круг побольше, и у Ивана появились бесценные секунды, чтобы прийти в себя.
Поднявшись с трудом на непослушные ноги, он к ужасу своему увидел, что коварный ящер выгнал его на самую вершину скалы – ровную лысую площадку, на которой не было ни одного укрытия крупнее и прочнее человеческого черепа.
Где он?.. Где он?.. Где...
Проклятая рептилия появилась слева.
У царевича оставался последний вариант, и последняя надежда. Тем более, что однажды это уже сработало.
Краббле! Криббль! Круббле!
"Внутренний объем подпространства хранения переполнен," – приятно перекрывая торжествующий рев дракона, прозвучал из голенища слегка гнусавый женский голос. – "Приложение выполнило недопустимую операцию и будет закрыто без сохранения всех размещенных объектов."
И не успел Иванушка опомниться, или хотя бы спросить "Чо-о?", как сапог в его руках судорожно дернулся, и из него выпала "Инструкция пользователя" к волшебным сапогам, полбуханки черного хлеба, флакон средства для чистки ковров и дракон.
Новый, вернее, хорошо забытый старый дракон растянулся на брюхе, растопырив все четыре лапы, и по обалделости взгляда смело мог бы посоревноваться с самим Иваном.
Или с золотистым зверем наверху, если уж на то пошло.