Весна спохватилась, что она, чай, не лето, и включила колючий, по-осеннему противный дождь. Ветер за окном трепал кроны берёз, из-за чего они отбрасывали извивающиеся тени на дорогу. Эти тревожные тени напомнили мне о том, что любая радость изменчива. Автобус, раскрыв двери, равнодушно выплюнул меня на тёмную остановку. Временно примирившись со своими демонами, я брёл к дому деда, думая, как быть дальше.
В домах ещё кое-где горел свет, хотя улица пустовала. Не угомонились только полуночники и страдающие бессонницей. Моим тоже было не до сна – за столом собрались все, включая мою собаку.
На столе я заметил слезящуюся ветчинку, бутерброды с икрой, коньяк. Василий всегда приезжал из Москвы по-столичному красиво. Димка хвастался жареной щукой, которую уминал Васька, нахваливая натурпродукт. Скалли лежала на диване, подставив пузо деду. Тот почёсывал её, приговаривая:
– Видали, как она икру трескает? Благородное животное!
Хорошо, что я заявился поздно. Это помогло не попасть под обстрел неудобных вопросов. Ведь всей правды я не рассказывал никому и очень надеялся, что никто не заметит мой слегка чумной после нападения вид. Синяки на шее я старательно замаскировал воротом толстовки, натянув его чуть ли не до ушей.
Братья к тому времени изрядно подвыпили, и темы у них пошли соответствующие:
– А девушки что? – кажется, это всё, что волновало старшего брата. Как и всех возрастных родичей во время застолья, когда они имеют «приятную» беседу с младшим поколением. – Обычно в твоём возрасте уже заводят отношения.
«Отношения есть, только от них один геморрой», – усмехнулся я мысленно и поспешил перевести разговор в иное русло, потому что тема отношений для меня сейчас была больная, странная до тошноты.
– Я пока один, – выдал я безопасный вариант.
Дед лукаво посмотрел на меня, как бы спрашивая, почему я молчу о Лене.
– Всё будет в своё время, – заступился за меня Димка.
– Ты смотри, а то сейчас молодёжь совсем безбашенная пошла, – не успокаивался Василий. – Со школы начинают вести такой образ жизни, что… тьфу. Гуляют, пьют, небрежные половые связи. А потом СПИД, а потом преступность растёт.
– Кстати, про преступность… Как твои изыскания? – влез Димка, подливая себе и деду коньяк. – Насчёт Саенко, я имею в виду. Ты чего вообще им заинтересовался? Про секты какие-то спрашиваешь, Ваську теребишь? Колись, что происходит?
Я налил себе чай из старого заварника, игнорируя коньяк, и начал снова рассказывать эту жуткую историю, вспоминая её до малейших деталей. Было сложно, но пришлось поднапрячься, чтобы не упустить детали.
– Из-за этого странного медальона уже погибло минимум три человека. И если поначалу я думал, что всё относительно понятно, то теперь… Короче, там, в лесу, творится что-то непонятное. Мне кажется, что за всем этим стоит очень опасный человек.
– Ты уверен, что всё случившееся – из-за медальона?
– А разве после того, как я всё рассказал, сами не видите?
– Да… – протянул Димка. – Похоже на триллер.
– Эту секту покрывают местные начальники и милиция. Ты, Вася, можешь написать на них докладную. А ты, Димка, подготовишь разгромную статью, подключишь своих знакомых телевизионщиков. Я покажу погреб, где эти отморозки трупы хранят.
– Ты сейчас серьёзно говоришь? – Димка даже отставил в сторону рюмку.
– Дима, проверь у него вены, – тихо сказал Вася, но я услышал и возмутился:
– Вы дебилы?
– А ну, тихо! Ты как с братьями разговариваешь? – нахмурился дед.
– Если вы… если… тогда я пойду туда сам!
– Ладно, ладно… – пошёл на попятный Димка. – Тут нельзя вот так, с наскоку, надо разобраться. Ты же понимаешь, у нас репутация. Мы не новички, не подростки, которым сойдёт с рук такая выходка. Нужны железобетонные доказательства, в конце концов.
– Вот, смотрите вены! – я, кипятясь, закатал рукава. – Я даже водку редко пью. Разве когда-то давал вам повод думать, что могу так шутить? Они знают обо мне…
Скалли, услышав повышенные голоса, проснулась, растопырила уши и теперь недоумённо оглядывалась, как бы спрашивая: «Вы серьёзно? Ведь хорошо же сидели, икру ели, болтали».
– Что ты несёшь? Кто «они»? – хмурился Вася. – Ты можешь назвать хоть одно конкретное имя?
– Да, я засёк слежку, а недавно в квартиру пытался попасть сантехник… А сегодня я пошёл встретиться с одним парнем, он травой торгует. Точнее, не он, а его подручные. В общем, это неважно сейчас. Важно, что я там, где за автовокзалом промзона начинается, нашёл его труп!
Я говорил, говорил и понимал, что со стороны это звучит лажей. Сейчас мне скажут, что нечего таскаться по пустырям, где запросто можно наткнуться на труп наркомана. Про остальное я вообще молчу – выглядит как паранойя.
– Ты намекаешь, что это орудует секта, про которую ты расспрашивал? – дошло вдруг до Димки. – Ты же беседовал с моим товарищем, с Сашкой Белобородовым…
– Да, я помню, что они, сектанты, лапочки, – съязвил я. – У администрации на хорошем счету. Иногда жертвуют деньги на реставрацию памятников культуры.