Примечательно, что в очень ценных в фактографическом отношении записках хрониста и архивариуса русской литературной закулисы Федора Фидлера также – как несомненный факт (sic!) – упоминается о «ставрогинском преступлении» Достоевского. Более того, рассказывает об этом Семен Афанасьевич Венгеров – авторитетнейший историк и библиограф русской литературы, являвшийся в частности редактором отдела истории русской литературы энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона:
5 апреля (23 марта) [1907]. <…> Вечером мы (Баранцевич, Кремлев, Лихачев, Либрович, Шапир[343] и прочие) ужинали в ресторане «Метрополь». Осуждающе говорили о порнографических сочинениях современных молодых беллетристов и о сексуальных извращениях. Венгеров вспомнил о Достоевском, который насиловал детей, и на вопрос Григоровича, почему он находит в этом удовольствие, ответил: «Потому что им больно!» [ФИДЛЕР].
По прошествии двух лет после кончины Достоевского философ и публицист Николай Страхов – многолетний посетитель его дома, друг и единомышленник, в письме Льву Толстому с циничной откровенностью высказал свое «отвращение» к личности покойного писателя. Свои чувства он аргументировал в форме свидетельств очевидца целым рядом обстоятельств:
