Русские никогда не станут истинно цивилизованными, так как они подверглись цивилизации чересчур рано. <…> Петр <…> понимал, что его народ был диким, но совершенно не понял, что он еще не созрел для уставов гражданского общества. <…> Он хотел сначала создать немцев, англичан, когда надо было начать с того, чтобы создавать русских. Он помешал своим подданным стать когда-нибудь тем, чем они могли бы стать, убедив их, что они были тем, чем они не являются [РУССО. С. 90–91].
«Западники» видели в реформах Петра лишь благо, полагая, что просвещение, нисколько не влияя на этническую самобытность русского народа, сделает его полноправным представителем многоликой европейской семьи.
Западничество и славянофильство составляют главный «аксиологический фокус», вокруг которого и по отношению к которому оформился идеологический горизонт 1840-х годов, сыгравший решающую роль в формировании русского национального самосознания и определивший дальнейшей судьбы русской интеллигенции. Этот горизонт сделался главной темой русской литературы того времени. Проблемы, возбужденные в дискуссии западников и славянофилов, ещё долго переживались и переосмыслялись в литературном сознании последующих эпох, – см., например, [DUNLOP].
