После выхода в свет первого издания его воспоминаний «Годы и войны» Александр Васильевич стал получать много писем-откликов. Писали его сослуживцы по 3-й армии, пионеры и комсомольцы из разных сел и городов, писали и бывшие заключенные колымских лагерей. Интересны заметки бывшего корреспондента газеты 3-й армии «Боевое знамя» капитана в отставке М.Е. Аметистова, побывавшего в гостях у генерала армии А.В. Горбатова во второй половине 1960-х годов.
Разговор собеседников касался различных тем, в том числе и реакции читателей на книгу «Годы и войны». Среди других откликов А.В. Горбатов дал М.Е. Аметистову прочитать и письмо из Магадана. Написал его инженер Кирилишин:
«Вы, конечно, помните “колымскую инвалидку”. Там мне довелось встретиться с вами. С тех пор минуло почти четверть века, и вы, наверное, забыли меня. Попытайтесь же восстановить в памяти образ печального “доходяги” 23-х лет, плохо, очень плохо видевшего, одетого зимой и летом в рваный, прожженный бушлат... Как-то нес я бак с кипятком, в силу слепоты споткнулся и облил кого-то. На меня набросились с бранью, ротный дал пинка, и только вы заступились... Я рассказал вам, что без очков ничего не вижу, а их растоптал еще в тюрьме следователь. И вы достали мне очки у какого-то уголовника, выменяли их, наверное, на пайку хлеба... Я принес вам свой паек, а вы не взяли его... Много лет прошло с тех пор, а очки эти со мной. Они в тяжелые дни спасли мне жизнь. Такое забыть нельзя...» [192]
Умер А.В. Горбатов в Москве 7 декабря 1973 г. Похоронен на Новодевичьем кладбище.
Освобожденный в мае 1939 г. комбриг Галицкий Кузьма Никитович в июле того же года был зачислен в распоряжение Управления по комначсоставу РККА. Несколько месяцев спустя началась Советско-финляндская война, первый период которой был весьма неудачен для частей Красной Армии. Ее войска несли неоправданные потери личного состава и боевой техники. Не отличалась от остальных в этом отношении и 24-я стрелковая дивизия. После гибели в конце декабря 1939 г. ее командира комбрига П.Е. Вещева дивизию возглавил К.Н. Галицкий.
24-я Самаро-Ульяновская Железная стрелковая дивизия входила в число старейших соединений Красной Армии. Сформированная в 1918 г., она прошла славный боевой путь. В годы Гражданской войны дивизия освобождала от белогвардейцев города: Симбирск — родину В.И. Ленина, Сызрань, Самару, Бугуруслан, Бузулук. Одной из первых в РККА она была награждена Почетным Революционным Красным Знаменем. В составе 1-й и 5-й армий дивизия участвовала в Уфимской, Златоустовской, Челябинской, Актюбинской операциях. В войне с Польшей 24-я дивизия участвовала в Киевской, Но-воград-Волынской, Ровенской, Львовской операциях. В честь 10-летия РККА она была награждена вторым Почетным Революционным Красным Знаменем, а в ознаменование 15-летия Красной Армии — орденом Красного Знамени.
Из рядов 24-й Самаро-Ульяновской Железной стрелковой дивизии вышли видные военачальники Красной Армии: Г.Д. Гай — первый начальник дивизии; М.Д. Великанов — командующий войсками ряда военных округов, командарм 2-го ранга; А.И. Седякин — заместитель начальника Генерального штаба РККА, командарм 2-го ранга; М.А. Пуркаев — командующий рядом фронтов в годы Великой Отечественной войны, и др.
Обладавший опытом Гражданской войны в должности командира взвода, роты, батальона, помощника начальника штаба стрелковой бригады, получивший высшее военное образование в стенах Военной академии имени М.В. Фрунзе, К.Н. Галицкий сумел в короткий срок врасти в боевую обстановку. Приняв дивизию, он тщательно проанализировал ее положение и ход боевых действий входивших в нее частей. Проводя эту работу, Кузьма Никитович не стеснялся учиться у подчиненных по тем вопросам, которые он еще слабо знал. В то же время Галицкий жестко требовал от командиров частей проявления инициативы и творчества при выполнении боевой задачи. В частности, он обратил их внимание на необходимость умелого использования в лесисто-болотистой местности мелких групп и подразделений, на совершенствование тактики их действий. Командир дивизии потребовал шире применять тактику обхода и охвата, т.е. бить врага его же приемами.
В историю дивизии вошел яркий пример обходного маневра, осуществленного под руководством К.Н. Галицкого в ходе прорыва главной полосы обороны «линии Маннергейма» во второй половине февраля 1940 г. Дело было так: финны закрепились на заранее подготовленных позициях тактических резервов и оказывали сильное огневое сопротивление. 23 февраля 1940 г. наступление Железной дивизии приостановилось. Полки залегли северо-восточнее и юго-восточнее станции Лейпяусо. Разведка установила слабое место в обороне противника. Оно находилось за правым флангом, вне полосы наступления дивизии, в северо-западной части побережья озера Муолан-Ярва (Глубокое), шириной до 6 км. Здесь располагались только мелкие подразделения боевого охранения. В середине озера находился небольшой остров Сурри-Саари (Бол. Стерегущий).
