19 февраля 1942 г. А.А. Туржанского арестовали. За что? Какие преступления мог совершить старший преподаватель военной академии? Но, как тогда шутили, был бы человек, а статья всегда найдется!.. Нашли ее и генерал-майору Туржан-скому. Содержание предъявленного ему обвинения отвечало духу времени: на всех фронтах было чрезвычайно тяжелое положение, войска Красной Армии с боями отступали под натиском немецко-фашистских группировок, отдавая им территорию СССР. И за это кто-то должен был отвечать!.. Поэтому сотрудники госбезопасности усиленно искали (и находили!) всякого рода паникеров и клеветников, якобы подрывающих устои Советской власти. И жестоко карали их!..
Генерала Туржанского отнесли именно к этой категории. Содержание предъявленного ему обвинения было предельно просто (оно вошло и в обвинительное заключение, и в приговор): «Следствием по делу установлено, что Туржанский среди офицеров Советской Армии проводил антисоветскую пораженческую агитацию, клеветал на сообщения Совинформ-бюро, Советскую Армию и командный состав и одновременно восхвалял германскую армию» [100]. А вот в чем конкретно все вышесказанное выражалось, в каких формах осуществлялось, об этом в заключительном обвинении не говорилось.
Не обошли следователи вниманием и первую «посадку» А.А. Туржанского, пытаясь «пришить» ему статью о принадлежности к военному заговору, а это верный расстрел в условиях военного времени! Такие поползновения у следствия были, однако они почему-то дальнейшего развития не получили. Из обвинительного заключения: «После освобождения Туржанского из-под стражи на него были получены косвенные показания арестованного Смушкевича Я.В., свидетельствующие о его (Туржанского. — Н.Ч.) принадлежности к антисоветскому военному заговору» [101].
На А.А. Туржанского «показали» свидетель полковник Ф.Т. Ковалев (начальник кафедры академии) и арестованный комбриг В.А. Юнгмейстер (преподаватель той же академии). Полковника Ковалева пригласили даже на судебное заседание, что было явлением очень редким в практике работы Военной коллегии.
Военная коллегия слушала дело А.А. Туржанского 25 марта 1952 г. — десять лет спустя после его ареста. На вопрос, признает ли он себя виновным, Александр Александрович ответил: «Виновным себя признаю в том, что с моей стороны были отдельные элементы высказываний антисоветского и пораженческого характера, но умысел в них и антисоветскую агитацию отрицаю» [102].
Так в чем же следователи увидели антисоветскую и пораженческую агитацию? На этот вопрос ответ дал сам А.А. Тур-жанский. На суде он пояснил, что, прибыв в конце августа 1941 г. в академию, имел беседу с начальником кафедры полковником Ф.Т. Ковалевым. На вопрос последнего, почему отступают советские войска, он, Туржанский, ответил, что одной из причин этого является назначение на ответственные должности в армии лиц, фактически не соответствующих этим должностям. В условиях военного времени эти командиры не в состоянии должным образом руководить войсками.
И это было действительно так, ибо к началу войны с Германией (а еще раньше — с Финляндией) все опытные военачальники либо были расстреляны, либо сидели в тюрьмах под следствием, либо отбывали срок в лагерях. Все это не способствовало укреплению дисциплины в войсках и повышению морально-политического состояния личного состава. Поэтому Александр Александрович просто констатировал имеющийся факт, когда говорил полковнику Ковалеву о неудовлетворительной дисциплине в Красной Армии. Но, как заявил Туржанский на суде, говорил он это «...не с целью агитации, а в силу... горечи и обиды за поражение наших войск». Сказал Александр Александрович и о том, что он был недоволен своим назначением в академию (как он выразился — в тыл), ибо собирался воевать с захватчиками. Своего возмущения по этому поводу он особенно и не скрывал от сослуживцев по академии.
Полковник Ф.Т. Ковалев в судебном заседании показал, что при обсуждении положения советских войск на фронте А.А. Туржанский высказывал неверие в победу над немецко-фашистской армией. Когда же Ковалева попросили подробнее рассказать о содержании этих разговоров, он смог сделать это «только примерно», сославшись на давность лет. А вот что точно запомнил Ковалев, так это утверждение Туржанского, что одной из причин неудач советских войск явилось ослабление армии необоснованными арестами командного состава в предвоенный период.
По утверждению свидетеля Ковалева, Туржанский иронически высказывался о командующих Северо-Западным, Западным и Юго-Западным направлениями советско-германского фронта в первый период Великой Отечественной войны, т.е. о Маршалах Советского Союза К.Е. Ворошилове, С.К. Тимошенко и С.М. Буденном. В противовес этим «полководцам» Туржанский, по словам Ковалева, утверждал, что, будь живы М.Н. Тухачевский, И.Э. Якир, И.П. Уборевич, такого бы катастрофического положения не случилось.
