Из истории Боспора полностью

4. № 285, рис. 30, 3. Обломок нижней части краснофигурного скифоса IV в., подобного только что описанному. Сохранилась часть пальметки, находившейся внизу боковой части скифоса, под ручкой; ср. изображенный на рис. 31 краснофигурный скифос с аналогичным орнаментом, найденный в одном из курганов Елисаветовского некрополя[217]. Найден во II слое раскопа I.

5. № 406. Обломок небольшого сосуда с прямыми, вертикально вверх поднимающимися стенками. Поперечные борозды на наружной стороне не покрыты лаком и по фону глины закрашены красной краской. На внутренней стороне сохранялись остатки орнамента, исполненного белой краской по лаку. V — начало IV в. до н. э. Найден во II раскопе.

6. № 422. Часть стенки килика (у основания ручки). По характеру лака принадлежит V или первой половине IV в. Найден во II раскопе.

7. № 472. Обломок миниатюрного канфара с реберчатым туловищем. V — первая половина IV в. Найден во II раскопе.

8. № 222/223. Обломок открытого сосуда, покрытого лаком особенно высокого качества, с сильным зеркальным блеском. V — начало IV в. Найден в I слое раскопа I.

Сверх перечисленных восьми экземпляров, к группе аттической керамики бесспорно принадлежит также целый ряд обломков, или вовсе не дающих представления о форме сосуда, или позволяющих восстановить только небольшую его часть. Описывать их все не стоит; всего таких обломков найдено в 1928 г. до 20.

Значительно большим количеством экземпляров представлена вторая группа чернолаковой керамики. От первой ее отличает ряд особенностей. Глина не так хорошо обработана; по большей части она содержит большое количество частиц слюды, не настолько измельченных и не так равномерно распределенных, как в глине аттической; у глины некоторых экземпляров резко выражена слоистая структура. Оттенки глины различны, но нигде она не имеет свойственного аттической глине теплого, оранжевого оттенка — основная окраска всегда остается коричневатой. Иного качества и лак; никогда он не достигает блеска и густоты аттического и всегда имеет более или менее выраженный коричневый оттенок. Часты стоящие в зависимости от несовершенств обжига переходы основного темного цвета в красный; нередко лак имеет также металлический отлив.

Различия наблюдаются и в очертаниях сосудов. Правда, основываясь на нашем материале, представляющем сплошь обломки, часто не дающие возможности восстановить форму сосуда, мы лишь очень осторожно можем об этом говорить. И, тем не менее, разница очевидна. Во второй нашей группе нет той четкости, выражающейся и в общих очертаниях, и в отдельных деталях формы, того, можно сказать, архитектурного строения сосуда, которое свойственно керамике аттической. Переходы одной части сосуда в другую в этой группе обыкновенно менее резко выражены, формы упрощены, они отличаются меньшим количеством таких деталей, как уступы, рельефные пояски и т. д. Вместе с тем этой группе свойственны определенные детали формы, не встречающиеся в другой группе и постоянно повторяющиеся в данной. Примером могут служить хотя бы подставки чашек и блюд. Если не считать поздних форм, упрощенных и выродившихся, основные разновидности подставок чашек и блюд той группы, о которой идет речь, сводятся к двум типам, воспроизведенным у нас на рис. 36, 3 (тип первый) и рис. 36, 4–6 (тип второй). Особенно характерным приходится считать второй наш тип, с выемкой на нижней части подставки. Среди елисаветовских находок 1928 г. мы четыре раза встречаем такую подставку — № 411, 441, 523 (см. рис. 36, 4–6) и 770; все эти четыре обломка относятся по своим техническим особенностям к только-что описанной группе. Просматривая находки, сделанные в том же Елисаветовском городище за предыдущие годы, мы и там встречаем целый ряд повторений тех же двух типов подставок, опять-таки в сочетании с упомянутыми техническими особенностями нашей второй группы.

Между тем в аттической группе мы находим у блюд и чашек тех же форм подставки иначе очерченные, как вообще находим иные детали формы.