Всё же я любил этот город. И почему так редко в нем бывал? Я бы не отказался поселиться в Лас-Либертаде. Не в Локэше, а в каком-нибудь приличном районе типа Спарклтона или Форт-Бич
Путь до дома Софи занял немного времени, но все равно начинало темнеть.
— Спасибо за отличный вечер, мачо-мэн, — поблагодарила она довольным голосом, — Давно уже не выбиралась куда-либо. Все время дом-работа-дом-работа.
— И тебе спасибо, детка, — улыбнулся я, — Надеюсь, как-нибудь повторим.
Едва она вышла из машины и вошла в подъезд, как я стал злиться. Злиться и психовать. Вот какого хуя?
Какого, блять, хуя у меня не вышло вытянуть из нее инфу? Я — дебил. Дядя будет злиться, чтоб его. Бля-а-а-а!
— Су-у-ука! — закричал я, стуча по рулю, — Ебаная хуйня!
Когда я немного пришел в себя и решил ехать домой к дяде, то вдруг услышал из подъезда приглушенный крик.
Я не стал медлить, а просто выбежал из машины и преодолел тротуар за пару секунд, влетев в подъезд.
— Ты будешь хорошей сучкой, блядина, — прохрипел противным голосом довольно низкий, но при этом широкий как какой-то гном, негр, — О, да!
— Помогите! — закричала Софи, — Насилуют!
Во мне бурлили эмоции, я просто был целым котлом адреналина.
За секунду я преодолел лестницу на площадку, развернул гада на себя и со всей силы ударил его по шарам. Тот протяжно застонал, но я не останавливался. Не тормозя, прописал ему кулаком по челюсти и даже почувствовал, как мне поранило костяшки. От удара у неудавшегося насильника вылетела пара зубов.
Сраный ниггер схватил меня за шею. Я не растерялся, расцепил хватку и пинком спустил его с лестницы.
Он открыл дверь подъезда. Мне не хотелось так это оставлять. Желалось хорошенько проучить маньяка. Но вдруг я понял, что нужно вернуться и помочь Софи.
— Ты в порядке, детка? — старался говорить я как можно спокойнее, — Я ему всыпал — он убежал.
— Д-да, — она, похоже, уже немного пришла в себя.
— Не против, если обработаю рану? — я показал свой окровавленный кулак, — Костяшки рассекло. Мало ли какая хрень у него на зубах.
— Да, пошли. Я тут, на втором этаже, живу.
Как ни странно, но Софи пытались изнасиловать прямо напротив квартиры, когда оставалась пара шагов.
Дверь ее квартиры ничем не отличалась от такой же напротив — металлический корпус, номер квартиры и глазок.
Отперев ее дрожащими руками, Софи вошла сама и поманила меня. Я топтаться на пороге не стал, и вошел.
Пройдя по обычной прихожей, в которой был небольшой шкаф для обуви и вешалка, я оказался в комнате Софи. На полках стояло с десяток разных книг. Среди них я узнал ту, фильм по мотивам которой мы смотрели. Стены украшали несколько плакатов и постеров, а на тумбочке у кровати стояли будильник и семейная фотография, на которой была Софи в подростковом возрасте и ее гордые родители. Рядом с книжной полкой был рабочий стол с компьютером. Обои успокаивали салатовым цветом. Ботинки я снял на входе, и теперь ощущал тепло и мягкость ковра под ногами. Вообще, обычно я ходил по дому в обуви, но Софи настояла на том, чтобы я разулся.
Когда я сел на небольшую кровать, которая при случае могла раскладываться в двуспальную, Софи отлучилась в ванную и вернулась оттуда с бутылкой медицинского спирта и бактерицидными пластырями.
Протерев проспиртованной ваткой пораненные костяшки и наклеив пластырь, она села рядом и смотрела на меня с упоением.
— Ты очень смелый, Зигги, — произнесла она с нежностью, откладывая бутыль с спиртом на тумбочку, — Большинство бы не стало мне помогать, многие предпочли бы пройти мимо, ибо «это не мое дело». Но ты не такой. Ты бросился меня защищать. Ты хороший парень, Зигги.
Кажется, лед тронулся. Софи подняла меня с кровати и попросила разложить ту. Когда она достала из ящика тумбочки упаковку контрацептива, я уже понял, что мне светит.
***
Наутро я чувствовал себя очень весело и бодро. Давно у меня не было такого классного перепихона!
Потянувшись в кровати, я понял, что Софи рядом нет. С кухни вкусно пахло жареным беконом. Так значит, время завтрака.
Но мне до сих пор требовалось добыть информацию.
Оглядевшись вокруг, я заметил, что компьютер работал. Натянув трусы, брюки, майку и небрежно накинув пиджак, я встал с кровати и подошел к ПК.
Рабочий стол с несколькими иконками игр украшала стандартная заставка «Виндовса». Что конкретно за игрушки — меня не интересовало, наверное что-то из историй про «меч и магию». Развернув окно браузера, я заметил открытую почту. Самое новое, полученное вчера вечером письмо было от начальника полиции. Я не стал читать его целиком. Меня привлек файл, присланный несколько дней назад.
«Протокол допроса Аарона Кендрикса, афроамериканца 1983 года рождения. Допрашивающий детектив Рональд Галлахэр обозначен как РГ, допрашиваемый — АК:
РГ: Мистер Кендрикс, вы осознаете, на что подписались, согласившись давать показания против банды «Кенты с Грейп-Стрит»?
АК: Вы отлично знаете, зачем я на это пошел. Вы снижаете моему бате срок с пожизненного до десятки, а я сдаю братву. Так, с чего начать?
РГ: Расскажите, как вы вступили в банду.
