Мой отец, как можно понять, был не из бедняков. Уже долгое время он являлся, одним из основателей легендарной группы Локэш Блокс Гэнг, которую основал ещё в восьмидесятые, когда я был совсем мелким. Но до того, как стать рэпером, он много пережил. Двадцать один год назад, ещё до моего рождения, он попал в передрягу с мексиканской бандой, и как результат — огнестрельное ранение и срок в тюрьме. Первые шесть лет моей жизни отцом мне был дядя Тай, который был одним из опаснейших бандюганов на районе. Жили мы бедно, пока батю не выпустили из тюрьмы. После выхода он снова попал в какие-то крутые гангстерские разборки, в которых умерла бабушка, из-за чего он в порыве мести объединил банды, и разбил “Крабов”. Уже через полгода после того, как батя отомстил за свою мать, он стал заниматься рэпом. Первый же альбом стал бест-селлером, и мы переехали в особняк, который раньше принадлежал какому-то магнату, и стали жить припеваючи. Мать бросила нас с отцом, когда мне было двенадцать, из-за того, что он в своих турах ей изменял, заявляла, что популярность его испортила. Как раз в этом же году случился нашумевший инцидент, приведший к беспорядкам… Но на карьеру моего отца ничего не влияло. Почти все его альбомы были если не платиновыми, то золотыми, имя моего отца, а точнее, кличка, гремела по всей стране. Всё было круто.
Я не сразу признал в нём своего отца, ибо первые шесть лет рос без него, но, тем не менее, уважал его. Батя рассказывал мне разные истории. Рассказал про то, как он отомстил за свою мать, рассказывал про свою гангстерскую жизнь. Он всегда говорил, что не хотел, чтобы я был гангстером. Но этого хотел я. Денег он мне давал много, потому у меня был просто отличный гардероб. Красная шуба, чтобы носить зимой, красный пиджак-тройка, чтобы носить в другие времена года, шляпа из мягкого фетра с пером, и самая разная обувь от простых сланцев, заканчивая кожаными ботинками и дорогими кроссовками за пятьсот баксов. Дополняли же мой стиль очки фирмы «Локс». У меня ещё со школьных времён было полно девушек, которые вешались ко мне на шею. Я был настоящим хастлером, гангстером, хотя бы внешне. По крайней мере, я так считал. Наркотой я торговал пару раз, но то было в колледже, по улицам я не шлялся. Меня все уважали, одногруппники хотели со мной корешиться. В честь своего двадцать первого дня рождения я устроил эту вечеринку, позвав всех своих корешей, чтобы показать, что реально крут. Всё прошло бы гладко, если бы не вмешался отец.
Так, за размышлениями о прошлом, я собрал в спортивную сумку некоторые вещи. В основном одежду, средства гигиены, и свой «Геймбой» с картриджами, чтобы, в случае чего, отдохнуть за игрой. Отец же особо не собирался. Лишь сменил свой сценический костюм на чёрную куртку с заплаткой на плече, а на ноги надел свои любимые белые кроссовки с красными линиями по бокам.
В гараже, где находился Кадиллак моего отца, было много разного хлама. Маслёнки, разные детали, куски жести и ящики, в которых тоже был хлам неизвестного происхождения.Открыв гараж, отец сел на водительское сидение, повернул замок зажигания, заведя машину, и включил радио.
Я, последовав его примеру, также сел, но уже на пассажирское сидение. Переключив передачу и вдавив газ, отец погнал машину из особняка. Ворота были открыты сторожем, который дежурил по будням с утра до вечера.
Когда мы выехали из виллы, я решил поинтересоваться…
— Пап, куда мы едем? — это был мой главный вопрос, — В особняк к Биг Бланту?
— Во-первых, для тебя он мистер Брэнсон, — обогнав старый фермерский пикап, он выругался, но потом продолжил, — А во-вторых — нет. Не к нему. И не задавай вопросов больше.
То, что мы едем не к Бланту, я понял, когда мы поехали в сторону города. Поначалу мы ехали по довольно приличному району. Аккуратные магазины, жилые здания из серого кирпича, нормальные по виду прохожие, некоторые из которых выглядели уставшими. Улицы патрулировали полицейские. Я даже стал свидетелем задержания таким патрульным карманника.
Но спустя десять минут нормальный, приличный район сменился лютыми трущобами. Здания, которые, наверное, полвека не ремонтрировали, асфальт так же выглядел хуже, чем в остальном городе. В переулках спали бомжи с самым разным цветом кожи. Были и белые, и чёрные, и мексиканские бездомные. На улице встретилось так же несколько небольших групп ниггеров в красных цветах, которые пили и курили. У некоторых были с собой стволы. Проехавшая мимо нас Импала «шесть-четвёрка» пропрыгала на гидравлике. Отец ответил тем же, несколько раз подпрыгнув на «Кадиллаке», который тоже был лоурайдером. От неожиданного скачка машины, я чуть не ударился головой об потолок.
— Зачем ты сюда приехал? — ошарашенно сказал я, — Это же Локэш, да?
— Да, сынок, — ехидно ухмыльнувшись, сказал батя, — Ты не ценил то, что я нажил своим трудом. Ты — избалованный засранец, возомнивший себя хастлером. В Локэше с тебя собьют спесь.
