Подавив смешок, я опустила лук и переложила его в одну руку. Я молчала, чтобы он не узнал меня по голосу, и жестом велела отойти. Выгнув темную бровь, он переместил предложенную руку к сердцу и шагнул назад.
И поклонился.
Он в самом деле поклонился, с таким замысловатым взмахом, что у меня смех подступил к горлу. Мне удалось его подавить. Я опустила лук на нижний край и прислонила к стене. Не спуская глаз с Хоука, подошла к лестнице и неторопливо слезла, не поворачиваясь к нему спиной.
Шум боя внизу почти стих. Мне нужно вернуться в свою комнату, но я не могу попасть в замок тем же путем, каким вышла, когда тут стоит Хоук. Это бы вызвало подозрения. Я прицепила лук на спину и спрятала под плащом, поморщившись, когда он коснулся заживающих рубцов.
– Ты… – Он замолчал, и на его лице появилось странное выражение, которое я не могла определить. Подозрение? Удивление? Что-то совершенно иное? Он прищурился.
Внизу застонали тяжелые ворота: их опять открывали, чтобы забрать раненых и погибших. Жаждущих сожгут на месте. Я попыталась выйти из амбразуры…
Хоук плавно загородил путь. Мое сердце перевернулось, а руки сжались в кулаки. Я заставила пальцы расслабиться. Игривый блеск в глазах Хоука погас. Вызванное любопытством терпение кончилось.
– Что ты здесь делаешь?
Протискиваясь мимо него, я знала, что должна спуститься на землю и затеряться в толпе, когда люди начнут расходиться по домам, чтобы подсчитать потери.
У меня ничего не вышло.
Хоук поймал меня за руку.
– Думаю…
Сработал инстинкт, перехватив контроль над разумом. Я крутанулась под удерживающей меня рукой, игнорируя слабое жжение в спине. Отразившееся на лице гвардейца потрясение вызвало свирепую улыбку на моих губах. Выскочив за его спиной, я низко пригнулась и лягнулась, отчего у него подкосились ноги. Он выпустил меня, выбросив вперед руки, чтобы не упасть.
Его брань звенела у меня в ушах, когда я бросилась бежать с парапета к внутреннему краю Вала. Ближайшая лестница всего в нескольких ярдах…
Что-то вцепилось мне в плащ. Какая-то сила развернула меня и дернула обратно к стене. Я начала вырываться, но смогла двинуться лишь на несколько дюймов. Опустив взгляд, я увидела торчащий глубоко в стене кинжал, который пришпилил мой плащ. Я ошеломленно разинула рот.
Хоук шел ко мне, опустив голову.
– Это было не слишком мило.
Что ж, дальше тоже будет не слишком мило.
Я схватила рукоятку кинжала и выдернула его. Подбросив его и перехватив за лезвие, прицелилась в ответ…
– Нет, – предупредил он, остановившись.
Я метнула кинжал прямо в его раздражающе красивое лицо. Он крутанулся, как я и ожидала…
И поймал кинжал за рукоятку, выхватив в полете, как будто это пустяк, и это было… впечатляюще. Я позавидовала. Я так не могу. Сомневаюсь, что даже Виктер так умеет.
Его глаза блеснули золотом. Он негромко хмыкнул и опять двинулся ко мне.
Оттолкнувшись от стены, я снова бросилась бежать, глядя на ступеньки, ведущие наверх. Если я до них доберусь…
Передо мной упала, пригнувшись к земле, темная фигура. Я затормозила и, споткнувшись, потеряла равновесие. Проклятые туфли и их гладкие, мягкие подошвы! Я тяжело упала на бок, подавив крик боли, пронзившей поясницу. По крайней мере, я приземлилась не на спину.
Хоук поднялся, держа кинжал у бедра.
– А вот это было совсем не мило.
Как он?.. Я бросила взгляд на узкий гребень стены. Он пробежал по нему? Здесь же всего несколько дюймов ширины.
Он сумасшедший.
– Я знаю, что мне нужно подстричься, но ты промахнулась, – сказал он. – Тебе следует хорошенько потренироваться, поскольку я неравнодушен к своему лицу.
Я целилась куда надо.
Я не ответила и недовольно ждала, когда он подойдет достаточно близко, а затем пнула его, попав ниже колена. Он закряхтел, а я вскочила на ноги, не обращая внимания на боль в ушибленном бедре и заду. Я крутанулась вправо, он прыгнул передо мной, но я метнулась налево. Он бросился следом, и я лягнула еще раз…
Хоук поймал меня за щиколотку. Я ахнула, взмахнув руками, чтобы не упасть, и уставилась на него широко раскрытыми глазами. Он вскинул брови, рассматривая мою голую ногу по всей длине.
– Вот это да! – пробормотал он.
Из моего горла вырвалось раздраженное рычание.
Он рассмеялся.
– И такие изящные туфельки. Атлас и шелк? Так же превосходны, как и твоя ножка. Такие туфельки не будут носить гвардейцы с Вала.
Очень проницательно.
– Если только у них не совершенно иная экипировка, чем у меня.
Хоук выпустил мою ногу, но я не успела убежать – он сразу схватил меня за руку и дернул вперед. Внезапно я очутилась перед ним, стоя на цыпочках.
У меня перехватило дыхание от неожиданного контакта. Моя грудь прижималась к твердой коже и железу на его животе. Тепло его тела, казалось, просачивалось через броню, проникало сквозь мой плащ и тонкое платье. Меня бросило в жар, и я сделала глубокий вдох. Помимо вонючей крови Жаждущих, от Хоука пахло темными специями и пьянящим дымом. У меня вспыхнули щеки.
Его ноздри расширились, и, как бы безумно это ни звучало, его глаза словно стали ярче – потрясающими янтарными. Он поднял другую руку.
– Знаешь, что я думаю…
