— Нет, я скажу им! — послышался голос какого-то ланура. — Они не смогут пройти этой дорогой. Зачем они идут туда? Если бы они знали, что мне известно! — И затем донеслись проклятия какого-то шалура.
Они резко свернули в боковой закоулок. П’холкуун засмеялся:
— Шалуры плохо слышат, а зрение у них и вовсе скверное. Но лануры нас прекрасно слышат.
— П’холкуун! Кто… а, это ты. — Из темноты вышел ланур, голос которого они только что слышали. — Они ждут вас у ворот, приготовив трех шлитов. Поворачивайте назад. Попробуйте в другой раз. В городе уже все известно, и там началось восстание. Шалуры собираются выпустить шлитов, когда толпа окружит дворец. Возвращайтесь. Они ждут вас, и у них новое оружие.
П’холкуун встревоженно смотрел на нового ланурского новобранца.
— Ты слышал, землянин? — спросил он Пентона.
— Ты испугался нового оружия, ланур? — Пентон посмотрел на него в упор. — Думаешь, потом шалуры будут знать меньше, чем знают сейчас? Разве к следующему разу они забудут про новое оружие? Ты полагаешь, у тебя когда-нибудь будет больше шансов, чем сегодня, когда рядом с тобой окажутся люди, которые изобрели это оружие и знают о нем больше, чем все шалуры на свете? Только сейчас у вас появился проблеск надежды. Вперед, пока он не погас. — Пентон двинулся по коридору. — Не бойтесь шлитов. Они доставят больше беспокойства шалурам, чем вам.
— Тогда стой. Вот дверь, которая ведет к С’логтским воротам. Стоит ее открыть, тут же появятся шлиты.
— Что за ней? — требовательно спросил Блэйк.
— Там, вероятно, три шлита. Господь всех миров только знает, сколько шалуров поджидают нас.
— Где шалуры?
— Они на верхних галереях. С’логтские ворота поднимаются до уровня третьего этажа. Мы на первом, поскольку только так можно проникнуть во внутренний двор. Они засели на второй и третьей галерее, и мы окажемся у них под обстрелом. Нам нельзя входить сюда до тех пор, пока шалуры не будут выбиты с верхних этажей.
— А как нам добраться до третьей галереи?
П’холкуун посмотрел на секретаря-ланура по имени Татуол, который присоединился к ним по пути. Тот покачал головой:
— Можно попытаться, но это мало что даст. Мы можем войти во двор только с первого этажа. Шалуры опустят стальные решетки у нас перед носом.
— Эх, получить бы мне хотя бы один бластер из тех, что они украли с нашего корабля, — сурово пробормотал Блэйк, — все шалуры планеты и все шлиты, стальные решетки, каменные стены, всякие животные и растения не остановили бы меня. Только бы мне добраться до одного из этих шалуров.
Они шагали по извилистым коридорам, потом — по лестницам, ведущим вверх. Татуол вел их через какие-то чуланы и закоулки самыми невообразимыми путями. Наконец он остановился.
— Вот эта дверь. За ней вас ждут полсотни шалуров.
— Тогда не будем их разочаровывать. Вперед!
Пентон рванул дверь и прыгнул. Шалуры, изумленные неожиданным нападением, повернулись к нему, поднимая оружие. Стены мгновенно были изрешечены выстрелами. Бледный луч лазера пронзил воздух со странным свистом и монотонным жужжанием, но почему-то он оказался направленным в противоположную сторону, к балкону на другой стороне двора! Оттуда донесся громкий крик.
Блэйк и Пентон атаковали балкон, находившийся на высоте сто футов. С помощью соратников П’холкууна его удалось очистить за пятнадцать секунд. Шалуры падали и прыгали во двор с огромной высоты. Пентон огляделся. Поперек двора на одном и том же уровне висели четыре одинаковых балкона. Еще четыре находились ниже. Низко над головой нависал обширный потолок, усеянный светящимися лампами. Внизу, в огромном зале, пульсировали и перекатывались три чудовищных шлита, три зеленоватых шара диаметром пятьдесят футов.
Они поднимались и колыхались, а затем вдруг слились в одну огромную массу пульсирующей тошнотворной плоти. Вязкий ком протоплазмы в полной тишине подкатился к стене, и удивительным образом выделившийся длинный отросток студенистого вещества стал быстро расти вверх к балкону, прямо по направлению к ним!
Вдруг Пентон услышал бряцание падающего металла, тихие стоны ужаса и удаляющийся топот ног. Все лануры скрылись. Только П’холкуун и десяток его людей с побелевшими лицами стояли за спиной у землян.
— Шлиты… идут… — с трудом выдавил П’холкуун.
Пентон пригнулся. Стена балкона высотой около четырех футов была покрыта сложным переплетением цветов и деревьев, которые заполняли промежутки, прорубленные в камне. Мертвая тишина нависла над двором. Только тихие чавкающие звуки исходили от огромного чудовища, карабкавшегося по стене. Оно сократилось в двадцатифутовый сгусток зеленого желе с фиолетовым, похожим на кровоподтек узлом в середине, внутри которого поблескивало золотое ядро. Зеленое, как плесень, щупальце, протянувшееся вверх по каменной стене в нескольких футах от балкона, цепко ухватилось за выступ, который оно нашло. Пентон пригнулся и ждал, поглядывая в узкий проем.
— Приготовь три мотка, Блэйк, — сказал он тихо, — и жди, когда эта штуковина сюда поднимется.
