Блэйк широко улыбаясь, развернул машину. Невысокая деревянная изгородь вокруг дома Ассамблеи, разлетелась на куски, когда земляне припарковались у каменной белой стены. Колеса их автомобиля заскользили по короткой, скользкой траве. Они остановились прямо под окнами, расположенными в двадцати футах от земли. Пентон вылез из транспортного средства каллистян… Четыре стража, вышедшие из дверей, расположенных в паре сотен футов от них, увидели, как Пентон взлетел вверх в удивительном прыжке, который в миг перенес его на подоконник. Охранники отступили, пропустив вперед огромный военный автомобиль.
— Самое последние достижение гражданской обороны, — занудно начала твердить Пепелина. — Бронестекла. Используется для борьбы с автомобильными бандитами… Этот автомобиль сделан из жестких материалов, а не из пластмассы, опирается на шесть колес, каждое имеющее отдельный привод к отдельному девятимускульному мотору… он способен развивать скорость почти в сто пятьдесят миль в час, но не надолго… Бандиты же не проявляют никакого уважения к властям и имеют собственные склады…
Блэйк тем временем задумался о том, у кого Пипелина получила ценную информацию. Полицейская машина, которую он рассматривал, и в самом деле была сделана из странного серого материала. У неё было шесть толстых небольших колес. Огромный горб, прикрывал двигатель. Мышцы или нет, но этот автомобиль несся вперед с огромной скоростью, причем прямо на маленький автомобиль, на котором приехали земляне. Блэйк, совершив отчаянный вираж, уклонился от столкновения. Бронированный бегемот взвыл и устремился к легкой машине. Шесть девятимускульных двигателей позволяли тяжелой машине двигаться с такой же скоростью, как легкому автомобильчику. Кроме того, водитель-каллистянин в каллистянской машине, без сомнения, имел определенное преимущество, так как обладал практикой вождения. В отчаянии, чтобы уйти от тяжелой машины, Блэйк рванул вдоль стены здания, проскользнув почти перед самым носом огромной, тяжелой машины, избежав опасного, прямого столкновения, которое размазало бы машину Блэйка по стене. А потом он отчаянно затормозил, надеясь, что тяжелая машина промчится мимо.
Легкая машина вильнула, грозя перевернуться на скользкой траве. Передние колеса заклинило, и её развернуло вправо. Тяжелая машина вспахала дорожку гравия, двигаясь параллельно автомобилю Блэйка. Тормоза отказали, и она на полной скорости рванулась вперед. Шестиколесная машина была много тяжелее — это и отменная реакция землянина спасли Блэйка, когда он резко дал задний ход, выскользнув из ловушки. А после он отчаянно рванулся через лужайку, не сводя взгляда с зеркальца заднего вида. Скорость… Самое главное сейчас было в скорости… Посреди лужайки рос огромный черный гриб. Блэйк плавно притормозил и обернулся. Огромный гриб облаком пыли медленно оседал на землю в разреженной атмосфере. Огромная воронка двадцати футов в радиусе и неведомой глубины была на том месте, где только что находилась шестиколесная машина. Блэйк медленно вернулся к тому местеу, где теперь в стене Ассамблеи зияла огромная черная дыра. Пентон вновь сел в машину.
— Их телефоны снова работают, — весело объявил он. — Думаю, мы что-то недоработали на силовой станции… Но я успел, вот твое оружие.
Пентон привел себя в порядок, прижал к стеклу дуло тяжелого пистолета и нажал на курок. Тут же в нем появилось отверстие достаточно большее, чтобы высунуть дуло наружу. А потом он проделал точно такую же дыру в боковом стекле.
— Но не все так плохо. Благождаря восстановленной связи, скоро все они узнают, что дезинтегратор сделал с их бронированной машиной. Не думаю, что это им понравится.
— Так телефоны работают?
— Да, но теперь, думаю, все будет в порядке. Они просто побояться и дальше препятствовать нам… Что ж, теперь самое время начать переговоры.
Каллистяне медленно возвращались в аэропорт, который они недавно и поспешно покинули. Движение в городе восстановилось, как только силовая станция вновь заработала. Вновь стали работать телефоны и радиоточки.
— Они установили охрану, вокруг брусков второго металла, который мы им оставили, — сообщил Блэйк. — Надеюсь, они нам благодарны.
— Знаю. Но мы не должны были оставлять его. Хотя, с другой-то стороны: почему нет? У нас ведь и в самом деле были эти запасные пластины — пятьсот фунтов бериллия. Они могут начать работать с пожилыми людьми, создавать жизненные клетки, которые так необходимы им. И, знаешь ли, Род… Я бы хотел и дальше поддерживать дружественные отношения с этими созданиями. Когда-нибудь мы вернемся на Землю, и то, чему мы тут научились, станет бесценным даром.
— Может, и так, — с гордостью объявила Пипелина.
Блэйк резко обернулся, в то время как Пентон был занят, склонившись над пультом корабля. Несколько секунд он молчал, а потом мягко ответил.
— Тэд, мой друг, самое время вернуться на Ганимед.
— Ганимед?.. П’холкуун… — удивился Пентон.
— И иляиты… Мы там не популярны. Но будем, непременно будем. Как ты думаешь, как они отнесутся к Пипелине? С другой стороны, для неё там будет много пищи…
