Тадж Ламор смотрел на увядшую точку желтого света далеко в небе. Их разделяло невероятно огромное расстояние, и каждую секунду она удалялась от него на множество миль. «Мы проиграли возможность изменить свою жизнь и потеряли новое солнце», — думал он, когда возвращался побежденным с той далекой звезды. Но время принесло новые чаяния.
Они потеряли множество людей в этой борьбе, и их истощающиеся ресурсы были сведены к минимуму, но теперь появилась надежда, поскольку новый дух зародился в их расе. Они боролись и проиграли, но приобрели страсть приключений, которая дремала в течение миллионов лет. Теперь Тадж Ламор знал, что под ним, в лабораториях под городом, кипит работа. Природа вновь открывала свои тайны, находя для старых вещей новое применение, и повседневная жизнь темной планеты менялась. Сама раса Тадж Ламора проснулась, помолодела!
Когда удалялось великое море желтого огня, которое он видел во время бегства к собственным мертвым планетам и мертвому солнцу, он думал, что их последний шанс утерян навсегда. Но надежда пробудилась с рождением новых идей, новых способов ведения дел.
Тордос Гар был прав! Они проиграли, но проиграв — выиграли!
Тадж Ламор перевел взгляд на другую пылающую точку света, где титаническое море огня горело с удивительным блеском и силой, и, несмотря на гигантское расстояние, заставляло верить, что далекая сине-белая звезда намного ярче, чем та, с которой они только что разошлись. Вскоре эта звезда стала самой яркой на их небесах. На древних картах звездного неба она числилась как синий гигант, названный Тонгсил-239, имевший пятую величину — очень далекая звезда. Но с тех давних веков, когда этот объект был классифицирован, он превратился в величественную звезду.
Могли ли они ее достичь? Восемь с половиной световых лет разделяло их!.. Поиск силы, способной сдвинуть мир Тадж Ла-мора со своей орбиты, наконец, увенчался успехом. Однако знание пришло слишком поздно, чтобы помочь им в борьбе за желтое солнце, но вымирающая раса еще могла бы использовать его, сорвав планеты со своих орбит и повести как свободные тела через пустоту. Потребуются века и поколения, чтобы достичь цели, но ведь многие века их темная звезда летит через пустоту. Что изменится, если планеты продолжат путь сами, а не вместе с черной звездой?
Правда, синяя звезда, которая стала их новой целью, оказалась двойной звездой. Их планеты не смогли бы найти себе там подходящую орбиту, но раса космических скитальцев могла бы исправить и это — оторвать одну из звезд и зашвырнуть ее в космос, сделав звездную систему подходящей для себя…
Но прежде они должны сбежать от мертвой звезды.
Первая часть «Out о Night» Журнал «Astounding Stories», № 10, 1937
Вторая часть «Cloak of Aesir»
Журнал «Astounding Science-Fiction», № 3, 1939
Мать сарнов не мигая смотрела на Грайта. Глаза у нее были удивительные, золотистые. Человек, стоявший перед ней, был представителем расы, которую сарны поработили четыре тысячи лет назад, — расы людей. А пока Мать выполняла возложенную на нее задачу — следила за порядком на Земле, на той самой планете, где прежде тысячелетиями царил хаос. Люди не умели пользоваться свободой и поэтому заслужили участь рабов. Они подчинялись сарнам, но в последнее время Правительницу все больше и больше беспокоили попытки людей вновь обрести независимость.
— Ты отвечаешь за исполнение законов, которые установили мы, — холодно произнесла Мать, и леденящий звук ее голоса заставил Грайта невольно поежиться. — Сарны пишут законы, и люди должны исполнять их. Такой порядок был установлен четыре тысячи лет назад. Мать сарнов заботится о том, чтобы этот порядок вещей не нарушался… По-другому быть не может и не будет никогда. Тебе это ясно?
Грайт с трудом оторвал взгляд от похожих на подушечки ступней Правительницы, восседавшей на огромном троне, украшенном мозаикой и покрытом инкрустацией. Стиснув зубы, он перевел взгляд на ее неестественно гибкие, длинные ноги, напоминающие канаты, а затем на округлое золотое тело с четырьмя сдвоенными руками. Холодное, неземное существо, питающееся энергией атома… Ни звука не произнес Грайт, и бесстрастным оставалось его лицо. Правительница Земли нетерпеливо смотрела на человека, ожидая ответа.
Но он молчал, и тогда тишину вновь разорвал ее сухой голос, напоминавший пощелкивание электрических разрядов:
— Да, мы принадлежим к разным расам, и тебе известно, что на Земле правящей расой являются сарны. Мне, Матери сарнов, подчиняется мой народ, так же как и рабы моего народа. Многие века продолжалось безумие на Земле — люди имели слишком много свободы, но она им была ни к чему. Они не умели ею распоряжаться. Но вот наконец на Землю пришли сарны и навели порядок. Теперь сарны правят людьми, и это справедливо. Так было, так есть и так будет!
Когда Грайт заговорил, в его голосе слышалась горечь, но звучал он твердо:
