Я летаю ночами на чартерном рейсек раскалённым владениям Бетельгейзе,и сижу на краешке Пояса Ориона,подбородок в колени, позою эмбриона.Чуть позднее приходит седой звездочёт,и мы курим трубку полвечности напролёт.Говорим о снах, Гончих псах, о мигрении о том, как луна удлиняет густые тени.Он плетёт туманность из звёздных нитей,я ему говорю о жизни, как череде событий,что зима, конец года, и все подводят итоги.Он смеётся и стелет туманность себе под ноги.Я ему говорю, что звезды – наш талисман,он подносит спичку, и загорается Альдебаран,а потом мы поём и, думая о своём, замолкаем.«Что же будет?» – спрашиваю,он улыбается: «Скоро узнаем».<p>#заговор</p>Как темнела в озере сырая вода,да улетала ласточка из гнезда,уносила хвори за дикий лес,улетала солнцу наперерез.Как стояла синяя ель в земле,истекала смолой в вековом стволе,и стекали горести с ней во тьму,да не знать беды больше никому.Как лежали опустелыми те пески,эдельвейс на камне рос вопреки,не бывать кукушатам под родным крылом,не бывать лихому да на живом.Как волчица выла, да вскипала гать,как вставали травы ковру под стать,да лежали страхи известью да в скале,не узнать их больше ни тебе, ни мне.Так в четыре стороны дорога крестом,сила в слове исконном да вековом,так не знает эфир убыли да потерь,так и быть тому и тогда, и теперь.<p>#в_кафе</p>Стёкла заплаканные верандо неуюте, конечно, лгут.Тихо играет в кафе музыкантпальцами струнный блуд.Кофе турецкий, дела «на потом»,все разговоры о пустяках.Я в кашемировом, горизонт в золотом,прохожие впопыхах.Небо раздаривает перламутрщедрой унцией на собрата.Сколько бы ни было этих утр,мне всё равно маловато.<p>#тучи</p>Эти тучи – свинец по сути —красят небо в оттенки ртутии идут караваном на юг.И распутица у распутийнеуютна. И бесприютенмонотонный дождливый стук.Отражаясь в жемчужной луже,несозревший август простужени дрожит на ветру, как лист.Он боится, что он не нужен,разве что-то бывает хуже?Он напуган и серебрист.В эти тучи пробьётся лучики, недолго ища созвучий,упадёт на сплетение рук.Миг, живучести не обучен,осознав свою невезучесть,возвратится на новый круг.И по лету споёт панихидыпо веленью своей планидынаступивший яблочный Спас.Созерцая земные виды,полетят с небес персеиды,оседая на донце глаз.Эти тучи полны воды,и сады отдают плоды.Скоро августа дни прервутся.Он затянет зелёным прудыи у падающей звездызагадает сюда вернуться.<p>#трамвай</p>
