Из породы огненных псов полностью

Тебе ли, дружище, не знать, что в крови бойцовских псов всегда дремлют древние начала отчаянных воинов! У таких собак, когда начинается настоящая битва, в ход идет всё имеющееся вооружение — и природой данное в виде инстинктов, и благоприобретённое в результате дрессуры. И как же порой подло используют этот могучий порыв люди! Одни только итальянские последыши древних римлян, исторически охочие до кровавых зрелищ, на протяжении столетий безжалостно истребляли кане корсо на азартных собачьих боях. И сегодня случается, что особо рьяные владельцы проверяют действенность своего живого оружия на несчастных дворнягах, от которых только клочья летят.

А вообще-то по этическим законам кинологических клубов (в частности) и собаководства (в целом), не говоря уже о человеческой морали, беспорядочное притравливание выходит за рамки кодекса чести специалистов. Бойцовским собакам уж если и приведётся драться, то лишь на специальных боях.

Что до кане корсо, то эти наследники древнейшей в Европе собачьей породы по своим природным качествам только в крайнем случае и лишь по команде хозяина нападают на противника — собаку, зверя, человека.

И всё же… Владельцам сокрушительного — и обоюдоострого! — инструмента смерти порой невтерпёж пустить его в ход, будь то мечи, ракеты или собаки. Наш хозяин, как помнится, тоже, случалось, науськивал милейшую Кристу на ничейных псов, и стоит ли удивляться, что она не побоялась принять вызов стаи.

— Но ведь согласно этике, соблюдаемой в собачьих взаимоотношениях, всё должно было закончиться демонстрацией силы с обеих сторон — соображал про себя заводчик. — Порычали, холки ёршиком подняли, фальш-атаки отработали — и по домам. С такой собакой, как Криста, здравомыслящие сородичи, даже сбитые в стаю, вряд ли стали бы обострять контакт до откровенной стычки. И Криста не ввязалась бы в драку за здорово живешь. Но ввязалась же! И победила четвёрку сплочённых контролёров территории! Ай да гены, ай да наследственность!

Тут бы владельцу клуба сделать паузу да крепко поразмыслить, какая всё же причина толкнула Кристу в драку. А, подумав хорошенько, понять, что так яростно защищать могла она не суверенитет территории, и даже не собственную шкуру. Так дерутся лишь за жизнь самых родных и дорогих существ — например, за своё дитя.

Но заводчику, в общем-то неплохому знатоку собачьей психологии, как глаза кто отводил. Аж вспотев от прихлынувшей радости от мысли, что Криста вскоре может опять оказаться в его руках, он предпочёл остановиться на умозаключении, которое больше всего грело его душу:

— Этой собаке, видать, и впрямь цены нет, если она так смела и отчаянна даже в простой собачьей стычке. Во что бы то ни стало нужно отыскать её и вернуть в клуб. Совсем молоденькая (Кристе было немногим больше года), а уже по-взрослому очки набирает. Стало быть, можно её и в дело пускать.

«Дело» было особого сорта. Заводчик имел в виду свой дополнительный — теневой — бизнес. Несмотря на существующий запрет, некоторые деятели от кинологии — а заводчик Кристы был как раз из таких — кроме разведения пород поставляли животных в закрытые клубы, проводившие собачьи бои. Вот он и решил, что так проявившую себя псину «пускать» нужно не только на производство потомства — она годится для гораздо большего. И самое время опробовать корсиканку на опасном, но и неизмеримо более выгодном поприще: на собачьем ринге. В том, что былая собственность друга может теперь озолотить лично его, заводчик уже не сомневался. Оставалось только найти это сокровище.