Очерком ногтя я оставила тонкий след у него на коже. Моя подпись, личная метка, одна из многих за это утро.
-…кто молоко не пьет…
Его грудь напряженно поднялась. И хоть Игнатов не шевелился, а лежал, затаясь, я чувствовала - он полностью готов отразить атаку. И потому, не медля ни секунды, перекинула ногу через его бедро, чтобы оседлать картавого жеребца.
- …забодаю, забодаю, забодаю!
Диверсия с щекотушками не задалась.
Он схватил меня за ягодицы, подтянул ближе к груди и в одно движение уложил на лопатки, оказавшись сверху. Красивое, будто вылепленное из глины лицо нависло надо мной. Виталик оказался так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на свей коже. Не отрываясь ни на секунду, он смотрел за тем, как беспорядочно бегали мои глаза. На его губы – в сторону. На мускулистый торс – в потолок, а потом на гребанную елку, по-шпионски подглядывающую за нашим борделем из угла. Стерва белобрысая, давно пора вынести ее на помойку.
Наконец, переведя дыхание, я спросила:
- Щекотки ты не боишься?
Виталик покачал головой.
Что ж, этого можно было ожидать. Игнатов вообще мало походил на живого человека и не обладал нашими, типично гуманоидными ошибками в настройках: не ел, не спал, не врал и никогда не опаздывал. Если бы не шикарный секс, то можно подумать, что передо мной робот.
Меж тем, картавый наклонился ниже, и легко поцеловал меня в самый кончик носа. Так просто и по-домашнему, будто делал это всю жизнь. Я обвила руками его шею и притянула к себе, утопая в окутавшей нас нежности. Только я, он и…
…дзнь…
Нашу идиллию прервал дверной звонок. Сначала короткий, прерывистый, но уже через секунду гость тупо упер палец в кнопку, выдавливая из нее всю звуковую гамму. Со стороны казалось, будто кто-то методично душил соловья. На представителей ЖЭКа или соседей не похоже, те вели себя скромнее.
Я испуганно оттолкнула Виталика и вскочила на ноги.
- Ты кого-то ждешь? – лениво спросил он. Казалось, его вообще не занимало, что нас могут застать.
- Никого.
- Тогда не открывай, иди лучше ко мне.
Наконец у человека за дверью кончилось терпение, и он отлип от звонка. Но не успела я лечь обратно в кровать, как загорелся экран моего мобильника. На нем высветилось всего четыре буквы: М.И.Ш.А
Я схватила телефон, чувствуя, как беспокойство все сильнее скручивает меня в узел. На том конце раздался возбужденный голос сына:
- Мам, я сам из школы дошел! Сам, представляешь! Нас раньше отпустили, я бабушке не звонил, а пошел. Я аккуратно дорогу переходил, - захлебывался от восторга мой мальчик, - а дома никого нет. Мне обратно в школу идти, да?
- Ты где? – Тупо переспросила я и сама же ответила: - Это ты сейчас звонил?
Я отняла трубку от лица, и прошипела глядя в невозмутимое лицо Виталика:
- Одевайся! По-армейски! Пока спичка горит!
Миша махал мешком со сменкой перед моим лицом. Его глаза лучились от счастья и гордости: впервые мой мальчик сам пришел из школы.
- И вот машина остановилась, - он захлебывался от переполнявших эмоций, - и водитель показывает, чтобы я проходил. А я ему, типа нет, сам проходи. А он мне, а я ему конечно. И другие машины сигналить стали, потому что мы уже минут сто друг другу так показывали. Вот так.
- Вот так, - повторила я за сыном, мысленно ставя себе еще одну зарубку. Нудно обязательно объяснить правила дорожного движения, а то этот вежливый мальчик пять часов под зеленым светофором стоять будет, пропуская даже тех, кто в общем-то никуда не едет.
Мишка скинул рюкзак, я помогла ему снять куртку. Судя по мятой рубашке и перепачканным какой-то дрянью штанам, день задался!
- Такой голодный!
- Отлично, - обрадовалась я. Чем дольше мы пробудем на кухне, тем больше одежды наденет на себя Виталик в комнате. В идеале нужно закормить Мишу сладостями до углеводного обморока и незаметно выпихнуть любовничка за порог.
Но плану моему было не суждено сбыться. Пока я доставала из холодильника кастрюльку с томленой индейкой, сын крикнул из коридора:
- Я мыть руки!
Твою ж…дверь в зал оставалась открытой. А значит, Миша пройдет мимо. А значит, обязательно заглянет в комнату и увидит… я с трудом представляла Игнатова, прячущегося под диваном, чтобы его не заметил семилетний мальчик. Есть шанс, что Миша не обратит внимание на чужака в комнате, по привычке смотря только себе под ноги. И тогда я смогу незаметно…
- Здрасьте, а вы кто, - раздался неуверенный тонкий голос. Что ж, незаметно уже не получится.
Отставив кастрюлю в сторону, я кинулась спасать Виталика и остатки собственной репутации. Необходимо перехватить картавого, и не дать ему наломать дров. Игнатов не похож на человека, который умеет общаться с детьми. Да и вообще, на человека не совсем…того самого…
