Когда я влетела в комнату, то увидела, что Виталик успел полностью одеться, поправить прическу, придать своей позе максимально невозмутимый вид. Если бы не заправленный пледом диван, никто бы вообще не догадался, чем мы тут недавно занимались. Игнатов спокойно стоял возле окна и разглядывал Мишу. Сын же напротив, сжался и ощетинился как маленький ежик. Я заметила, что он крепко сжал руки в кулаки, как его учили на дзюдо и напряг корпус.
- Миша, - начала оправдываться я, - это мой руководитель, мы вместе работаем над одним проектом и сегодня обсуждали контракт. Сейчас он уйдет.
Миша даже не посмотрел в мою сторону. Наоборот, еще сильнее наклонился вперед и сощурился:
- Я вас знаю. Вы приходили как-то в школу, верно?
- Верно, - ответил Виталик, - ты даже приглашал меня в гости. Правда, я пришел не к тебе, а к твоей маме, потом что мы…друзья.
Игнатову понадобилось всего пара секунд, чтобы подобрать нужное слово, которое успокоит сына. Друзья это хорошо, друзья это безопасно и невинно. Видя, как расслабился Миша, я и сама выдохнула. Кажется, можно больше не волноваться. Сейчас тихонько отведу Мишу на кухню, параллельно с этим провожу картавого, чтобы ни у кого не вызвать подозрений. Улыбаемся и машем!
- Родной, пойдем обедать, как раз расскажешь, как прошел твой день.
Я уж было повернулась к двери, но так и застыла, пригвожденная к месту невинным детским вопросом:
- Вы будете нашим новым папой?
Ощущая, как краска сползает с лица, внутренне чертыхнулась. Пол под ногами поплыл и я облокотилась о стенку, чтобы не рухнуть прямо здесь. Дети просто кладезь уморительных историй, особенно когда они происходят с другими. Я осторожно повернулась назад и посмотрела на Виталика. В нем не было и тени тревоги. Наоборот, он уверенно отстранился от окна, подошел к Мише, и сел на корточки, так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
- У тебя есть отец, Миш. А я друг твоей мамы, и не могу претендовать на чужую роль.
- Хорошо, - кивнул сын, не совсем понимая, что ему сейчас сказали. Но он заметно успокоился, от того что папу у него никто не заберет. Почувствовав, что самое страшное позади, я облегченно перевела дыхание. Земля под ногами перестала плыть, и сердце не стучало в духе бешенного ралли. Ненадолго. Потому что следующий вопрос сыночки корзиночки снова выбил меня из седла.
- Вы не обидите маму?
- Я произвожу такое впечатление? – всерьез спросил Виталик.
- Не знаю, - Миша пожал плечами и внимательно оглядел Игнатова, будто проверял, есть ли у того вши. – Я не могу такое знать, поэтому решил спросить прямо.
Прямо… вот это правдоруба я себе на радость родила. Чтобы не опозориться еще больше, нужно как можно скорее закончить их диалог.
- Миш, пойдем обедать, дядя Виталик уже уходит.
- Ты перебила нас, Яна, - Игнатов полоснул по мне острым взглядом. Он предупреждающе качнул головой, давая понять, что мне не стоить лезть в мужские разборки. Даже не смотря на то, что проходят они в разных весовых и возрастных категориях! – Пожалуйста, поставь чайник, я бы с радостью выпил чай.
- Угу, - ответила я, но не сдвинулась с места. Я понимала, что картавый пытается выпроводить меня из комнаты, чтобы не подслушивала их разговор. Поэтому вжалась в стенку и прикинулась ветошью, лишь бы не привлекать к себе внимание.
- Миша, - осторожно начал Игнатов, - я приложу все усилия, чтобы никогда не обижать твою маму. Я не могу дать тебе абсолютные гарантии, потому что не все вещи зависят от меня, но я буду стараться, чтобы она радовалась чаще чем грустила.
- Обещаете, - пробурчал сын.
- Обещаю.
- Отлично, - судя по изменившемуся тону голоса, Миша тотчас повеселел, - но предупреждаю, я занимаюсь дзюдо.
- Это угроза? – улыбнулся Виталик. Я заметила, как его взгляд загорелся мальчишеским азартом, когда он спросил: - Хочешь меня побить?
- Я ребенок, но не кретин, - Миша с достоинством задрал нос, - мне всего семь, и я никак не могу вас побить, - и когда я решила, что самое постыдное уже прозвучало, мой мальчик добавил: - Но вот мой тренер Роман Абрамович, он наверняка сможет. Если я попрошу.
После обеда Миша принялся окучивать своего нового друга, усадил того за компьютер и показал новую игру. Эти двое слились с монитором и не мигая следили как какой-то синий пушистик бегает по лабиринту. Я же, старой заброшенной колошей сидела на кресле, никому не нужная, всеми позабытая.
Я уткнулась лбом в еловую ветку, надеясь насладиться хвойным ароматом, но напрасно. Пластик ничем не пах. Моя белобрысая подружка, перемотанная гирляндой как вареная колбаса жгутиками, все еще стояла в квартире, как последний оплот новогодних праздников.
- Если хаги-ваги тебя догонит, мы проиграем, - сказал Миша.
- А если сипл-дипл тебя укусит, то мы превратимся в поп-ит, - передразнила я сына. Но слишком тихо, чтобы хоть кто-то отреагировал.
