Тви’лек не целясь палил через плечо, и Вернестра без труда отражала выстрелы клинком. На бегу она высматривала, чем бы притормозить беглеца, но это оказалось излишним. Навстречу в коридор выскочили республиканские безопасники. Тви’лек, заскользив, остановился и принялся строчить в охранников в противоположном конце коридора.
Те открыли ответный огонь, и оказалось, что стреляют они намного лучше тви’лека. Возможно, потому, что их было много и палили они все одновременно. Вернестра тоже остановилась, направила меч вверх и повернула кольцо, превратив клинок в хлыст. Она завращала хлыстом, описывая быстрые круги и отражая шквал бластерных разрядов. У тви’лека такой защиты не было, и он рухнул на пол, словно груда тряпья.
– Не стреляйте! Я джедай! – выкрикнула Вернестра. На миг у нее возникло нездоровое ощущение, что эти безопасники любят джедаев не больше чем Силь и что они не остановятся, но огонь прекратился, после чего девушка смогла наконец выключить хлыст и вернуть оружие в футляр.
– Джедай, рада знакомству, – сказала высокая балосарка, в которой лишь антенны выдавали принадлежность к не-человеческой расе. – Я Ашдри Марк.
– Вернестра Роу, – ответила Вернестра, положив руки на бедра. Она тяжело дышала после бега, и при виде мертвого тви’лека ее захлестнула глубокая печаль. Столько смертей, столько загубленных жизней, и ради чего? Насколько она могла судить, впустую.
– Расскажите, что тут случилось?
Вернестра поведала Ашдри обо всем, что видела, в том числе о раненом гунгане, в то время как остальные охранники побежали к пожару, который полыхал в другом конце коридора.
– Мне нужно вернуться к моему падавану. Он у входа с гунганом, который был ранен во время атаки, – сказала Вернестра, и женщина кивнула:
– Я пойду с вами.
Пока они шли, Ашдри продолжала задавать вопросы, анализируя каждую деталь, которую могла сообщить Вернестра, хотя их было не много. К тому времени, когда они добрались до взорванного кабинета – огонь уже потушили, и дым быстро рассеивался, – обе были сильно раздосадованы.
– Честно говоря, я не могу вам сказать, почему этот тви’лек взорвал кабинет и стрелял в гунгана, – призналась Вернестра. – Все это кажется какой-то бессмыслицей. Часто у вас такие теракты случаются?
– Никогда, – ответила Ашдри, и над ее бледными щеками проступили два ярких пятна. – Мы наблюдаем за этими коридорами с центрального поста и замечаем дебоширов задолго до того, как что-то происходит.
– Значит, вы видели, как он зашел? – спросила Вернестра.
Женщина поджала губы и покачала головой:
– Мы его даже не заметили. Увидели только джедайку с мечом, которая бежала по коридору. Мы проведем расследование, но кто-то явно испортил камеру. В последнее время это случается все чаще.
Вернестра с хмурым видом вернулась в вестибюль и насупилась еще больше, увидав Джорданну, которая одной рукой обнимала Имри, утешая его. Чуть поодаль с несколько расстроенным видом стояла Сильвестри Ярроу, к которой жалась Реми. Волька ластилась к девушке, и это казалось совершенно логичным. Сильвестри с Джорданной явно знали друг друга, и поведение кошки лишь подтверждало это предположение.
– Имри, ты как? – спросила Вернестра. Джорданна бросила на нее колючий взгляд, но тут же смягчилась, узнав джедайку.
– У тебя кровь идет, – сказала она и, достав из кармана платок, протянула его Вернестре.
– Спасибо, – поблагодарила девушка, приложив ткань к лицу. – Имри, тебе нужно в храмовую клинику, пусть посмотрят на твою руку.
– Да все в порядке, – ответил тот, протянув конечность. Рукав оставался разорванным, но кожа была гладкой и розовой. – Джорданна приложила медпакет. И не простой, а с бактой!
Джорданна смущенно улыбнулась.
– Один из плюсов принадлежности к Сан Теккам, пускай даже в роли бедного родственника: бездонные карманы. У меня есть немного бактового спрея, можешь обработать свою щеку.
– Спасибо, я в порядке. Ты видела, что тут произошло? – задала вопрос Вернестра. День складывался вовсе не так, как она рассчитывала, и раздражение начинало перерастать в настоящую ярость. Еще немного, и она выйдет из себя. Пускай она джедай, но все же не каменная.
– Нет. Когда мы пришли, профессор Уок уже был мертв, – с грустью сказала Сильвестри.
Гнев Вернестры уступил место недоумению:
– Профессор Уок? Этот гунган и есть профессор Уок?
– Ну да. – У Сильвестри был встревоженный вид. – Вчера он говорил, что кто-то пытался его убить. Похоже, новая попытка удалась. Эта планета вроде как жемчужина Республики, но судя по тому, сколько тут ошивается убийц, в этом Галактическом Городе реальные проблемы. – Печаль на лице темнокожей девушки заставила Вернестру задуматься о том, что ее связывало с этим гунганом.
– А на кого еще покушались? – спросила Вернестра.
– Ну, на меня. Но это скорее вина Зайлена Грэфа.
Джорданна развернулась к ней:
– Почему ты не сказала мне, что тебе грозит опасность?
– Пятнадцать минут назад я вообще не знала, что ты жива, а тем более на Корусанте, – огрызнулась Сильвестри. – Ты не ответила ни на одно мое сообщение.
– Нет, я отвечала! Это ты не отвечала на мои!
