Один раз позволь водному массиву захватить тебя с головой, и его невидимые лапы уже не отпустят обратно. Девушка продолжила бороться за свою жизнь, барахтаться и даже кричать, будто бы её кто-то услышит. Да только вместо зова о помощи были пузырьки воздуха, с поразительной лёгкостью устремившиеся на поверхность, а сама девушка погружалась только глубже, тех бестолковых попыток всплыть явно уже было недостаточно. Вскоре грудь нестерпимо больно сжало, а в глазах и без того тёмные воды становились самой настоящей бездной. Сердце сжалось от обиды: всё происходит так, как она и боялась. Она действительно на глубине и действительно тонет. Да только кто в этом виноват? Сама же решила кому-то что-то доказать, сама же решила, что хватит сил справиться со страхом…
К счастью, все эти возвышенные раздумья, когда понимаешь необратимость судьбы, были прерваны сильными руками, которые схватили уже даже не сопротивляющуюся девчонку и утянули обратно на поверхность.
Неимоверных усилий теперь стоило Хоуку держаться на поверхности воды. Кальперния, которую он вытащил, не пришла в себя, не постаралась воспользоваться данным вторым шансом, чтобы вернуться к преодолению оставшегося пути до берега. Она вцепилась в своего спасителя, больше даже инстинктивно почувствовав в нём причину своего нахождения над водой, но сама уже ничего не предпринимала, её почти сомкнувшиеся веки говорили о смертельной усталости, из-за которой, как не старайся, до берега самостоятельно уже не доплывёшь.
— Да очнись же ты, девчонка! Очнись! Тонуть я с тобой не собираюсь! — мужчина рычал, пыхтел, стараясь хоть каким-то способом привести повисшую балластом на нём магичку в чувства.
Очевидно, доплыть до берега, таща на себе её, маг был не способен. Сам-то он стойко держится только из природной вредности, которая не позволяла так скоро сдаться морю. Но и отпускать магессу он не хотел, хотя бы потому что побег не завершён и они всё ещё команда, а обязательство взаимовыручки было им же и потребовано от остальных. Так что нарушать то, на чём он сам и настаивал, он не собирался из принципов. Однако «погибать, но своих выручать» Гаррет тоже не собирался, вот и пытался заставить девушку вновь плыть самостоятельно, пока ещё у него были силы её держать. И когда у него ничего и не получилось, силы на отборную ругань у него нашлись.
Вскоре пришлось удивиться уже Хоуку. Когда мужчина услышал поблизости непривычный всплеск, он обернулся, подумав, что их обнаружили и начали чем-то кидаться, однако тогда-то маг и столкнулся почти лицом к лицу с настоящей огромной волчьей мордой. На мгновение Защитнику показалось, что он сам наглотался воды, потому что увидеть щупальца огромного кальмара из баек моряков было бы не так неожиданно, как волка. Но даже, когда мужчина догадался, кто перед ним, удивления меньше не стало. Всё-таки с чего бы тому, кто давно должен был перебраться на берег и уже скрыться в глубине леса и кто сразу сказал, что обещания, запрошенное Хоуком, он давать не будет, возвращаться да ещё и рисковать самому, Гаррет не понимал. Но выяснять Защитник, разумеется, не собирался и даже с большой радостью сбагрил бесящий и висящий на нём балласт.
Перехватив руки магички, он заставил её схватиться за другого спасителя. Волк этого как раз и ждал. Правда, с первого раза не получилось. Кальперния, не особо разбираясь, ухватилась за уши зверя и, очевидно, сделала ему больно, раз раздался псовый скулёж. Пришлось Хоуку ещё потратиться на попытку найти самое оптимальное положение, чтобы и девушке было удобно держаться, и волку плыть.
Худо-бедно справились и с этим. В итоге доплыть могли все. Убедившись, что вроде бы сухопутный зверь плывёт ничуть не хуже человека, Хоук задержался на изучении такого необычного способа по спасению утопающего, а потом уже вернулся к спасению собственной шкуры.
Сидя на песке, Кальперния обнимала себя руками, чтобы хоть как-то сдержать дрожь, одолевшую изнеможённое тело, а её взгляд тем временем устремился вдаль моря, противостояние с которым благодаря чужой помощи закончилось в её пользу. Но на радость, на воодушевлённые мысли об их успешном безумном плане побега просто не было сил.
— Тупая тевинтерка! Даже плавать не научилась! Лучше бы потонула.
Когда маги оказались на берегу, они, ни о чём не думая, просто лежали на песке. Подниматься, осматривать обстановку или хотя бы говорить не было никакого желания. Им нужно было отдохнуть, и пусть весь мир подождёт. Поэтому-то, когда Кальперния первой приподнялась из-за неспокойно бившегося, после такой-то встряски, сердца и села, она ещё какое-то время просидела в тишине. Главный нарушитель покоя сейчас не спешил этот самый покой нарушать. Однако спустя несколько минут рядом она услышала шевеление, ожидаемое, когда пытаешься заставить утомлённое тело подняться, кряхтенье, а потом знакомое бурчание. Видимо, Хоук был в настроении наговориться за всё то время, пока он был вынужден молчать.
— Отстань, Гаррет. Хотя бы сейчас, — только у девушки этого настроения не было.
