— Вы правы, дуэль — мой единственный выход… — с окончанием этих слов, Безумец скинул с себя маску белой нелепой вороны. Он перестал ссутулиться, расправил плечи, его руки стали держать посох по-новому, показывая свою готовность к бою, а его лица покинула лживая улыбка, оставив после себя каменное спокойствие и хладный взгляд до глубины души оскорблённого магистра. Вызывать на дуэль надо с высоко поднятой головой. — Только известно, что ответственность за действия рабов лежит на их хозяине. Ваши слуги проявили воистину хамское отношение к гостям, и за это будете вынуждены ответить вы, лорд-магистр.
«Безродный вызывает на дуэль самого магистра?!» — этот вопрос волной непомерного удивления окатил всех присутствующих. «Да что эта шваль себе позволяет?!» «Он точно безумец.» «Похоже у Круга скоро будут новые свойства.» Эти и другие слова прошлись уже вскоре второй волной шёпота. Сильнее всех, конечно, были возмущены магистры. То, что кто-то из черни смеет бросать вызов их коллеге, казалось им просто немыслимым.
Но всё это было лишь первой реакцией окружающих. Совсем скоро удивление сменилось жаждой крови. Ныне взгляды уважаемых господ были ещё страшнее, все стали похожи на гончих, что загнали бедного зайца в тупик и теперь с упоением смотрят, что их жертва предпримет в агонии последних моментов своей жизни. Ещё больше забавляла глупость «зайца», который сам себя загнал в эту ловушку.
В обществе с меньшим налётом фальши и напыщенности люди с такими взглядами уже во всю бы делали ставки, как скоро от этого наглеца останется лишь пепел.
Самого Нихалиаса первая волна также коснулась. Какое-то время он просто стоял и не моргая смотрел на ненавистного мага, который спутал его планы, в очередной раз поставил в не лучшее положение. Однако когда пришло принятие такой наглости, магистра, в отличие от остальных, захватил не азарт, а самая настоящая ярость. Неописуемо сильно его задело, что этот оборванец, это хромое недоразумение смеет ему (магистру!) бросать вызов.
В иных условиях подготовка к дуэли могла занять время, а сам магистр имел полное право вообще от неё отказаться, ввиду своей очевидной (как ему казалось) быстрой победы над самоуверенным соперником. Однако сейчас старший Нихалиас этим даже не думал воспользоваться. Лишь приказав своим солдатам оцепить зал и встать перед гостями, чтобы защитить их от шального заклинания, лорд в ярости сразу же схватил посох, мечтая проучить безродного наглеца, что опозорил его сына, а теперь замахнулся ещё и на дуэль с ним самим.
Правда, настоящей точкой отсчёта дуэли лучше считать момент первой совершенной магистром атаки, поскольку именно она показала всем гостям, уверенным в беспомощности безродного мага, что победе их коллеге не стать мгновенной. Старший Нихалиас, несмотря на злость, повёл себя как настоящий маг: к подготовке защиты и атаки подошёл рационально. И первое своё заклинание он выбрал осмысленно, поэтому им стал не хаотичный огненный шар, зарождённый яростью, а ужасающие молниевые жгуты. Такие виды заклинаний вызывают эффект паралича разной степени тяжести, и очень эффективны против магов. Это воин, ощутив судороги и покалывания, может прикрыться щитом, пока последствия от пропущенного удара не спадут. Маг же остаётся практически безоружен, и если стихийник ещё может успеть атаковать в ответ, то вот тот, кто опирается на более деликатные, но требующие концентрации и времени школы, оказывается совсем беспомощным. О какой концентрации и аккуратности может идти речь, когда твои руки в судорогах только и могут вцепиться в посох? Магистр, делая свой выбор, учёл и это, и физическую слабость противника — если поразить ему ноги, то он тут же упадёт и уже не встанет.
Но несмотря на подготовку, быстрой победы лорд-магистр не получил. Сорвавшиеся с его посоха молниевые хлысты тут же жадно помчались к противнику, однако даже долететь не успели, как были захвачены паутиной защитных заклинаний, в которой они запутались и уже вскоре распались на бесформенную энергию, вернувшись в Тень.
Для гостей подобное стало неожиданностью. Они, конечно, из азарта хотели, что бы хромой маг пережил данный удар и дуэль продолжилась, но считали, что хоть один молниевый хлыст достигнет цели. Магистр не скупился на силу, некоторые гости даже порадовались своей зрительской роли, поскольку понимали, что будь они сейчас на месте бродяги, то не смогли бы подавить такое сильное заклинание. Но столь опасная магия без вспышек и следов просто растворилась в воздухе на полпути от мага, и многих это впечатлило, заставило роптать.
Даже магистр нахмурился, то ли от осознания, что этого мага они всё-таки недооценили, то ли от огорчения, что его само собой разумеющейся победы не произошло.
Отражение первой атаки задало темп дуэли, которая в итоге непредсказуемо затянулась.
