Тут впервые происхождение зачинщика устроенной чистки и пригодилось: когда прогремела новость о том, что остров захвачен не много не мало эльфийским богом, многих это поразило. Что Тевинтер, что Пар Воллен какое-то время колебались в смятении, в сомнениях, даже в страхе перед возможным величием названной личности, медлили, но когда эмоции были отброшены и была предпринята попытка выбить остроухого нахала с острова, то они уже опоздали: их новоприбывшие отряды увидели, что вторженцы крепко закрепились на Сегероне. Разумеется, не обошлось без таинственной эльфийской могущественной магии, которая помогала новым хозяевам острова несмотря на их малочисленность всегда знать, когда и где вторглись на береговую линию новые каратели.
В дальнейшем противостояние за Сегерон не прекратилось, а переросло в другую форму. Оскорблённые тевинтерцы и косситы не прекращали попыток отбить остров, развернули настоящую морскую блокаду со своих сторон, но своего так и не добились. И уж тем более их блокада смехотворна для народа, который владеет сетью элювианов-порталов.
Остальной мир не столь сильно задело воцарение нового правителя немаленьких территорий, потому что хоть Сегерон размером почти с Ривейн, но он оставался просто далёким островом на севере, ненужный никому, кроме непримиримых врагов трёхсотлетней войны. Всех больше волновала личность нового владельца острова. Пока он захватил только один остров, но не значит ли это, что он продолжит свои завоевания и дальше? Если появился один эльфийский бог, то, значит, скоро объявятся и другие? Именно эти вопросы, в первую очередь, мучали власть имущих, заставляли пристальнее, чем обычно, следить за войной на севере. Правда, пока только следить. Волк один раз всех потряс своей наглостью, но больше подобного не предпринимал, поэтому главным врагом для Тедаса не стал, а многие его и вовсе считают самозванцем.
Хотя это ещё надо постараться, чтобы начать выглядеть опаснее кунари. И рогатые варвары (конечно, по мнению цивилизованных центров Тедаса) с севера остаются главной проблемой, ведь это ни маги, ни Серые Стражи и ни эванурис были пойманы на том, что собирались разом устранить всех правителей стран, погрузить континент в хаос и его захватить, воздвигнув повсеместно тиранию Кун.
Вскрытая Инквизицией правда о готовившемся теракте невиданного масштаба в своё время всколыхнула мир. Слова триумвирата не сильно-то сгладили ситуацию. С момента своего появления в Тедасе кунари никогда не упускают возможности превознести свой Кун, сказать, что пока все остальные существуют бесцельными слепцами, их общество функционирует как единый слаженный организм, где каждый делает только то, что должен, что полезно для общества. И этот «организм» даже не скрывает, что спит и видит, как бы любое инакомыслие истребить. И на этом фоне все оправдания триумвирата, что они не знали, чем занимается Виддасала, один из командиров Бен-Хазрат, и план «Дыхание дракона» — исключительно её личная инициатива, смешны. Будь то правда, то это можно считать самым настоящим признанием в том, что Кун не способен искоренить инакомыслие даже в собственных рядах и при их заявленном равенстве на реализацию возможностей кто-то всё-таки оказывается равнее. Но очевидно, в подобном они сознаваться не будут, и их слова — просто спешная попытка отвести от себя гнев всего континента.
И гнева на самом деле не последовало: паника не поднималась, никто на уровне страны не призывал начать истреблять всех представителей рогатой расы, даже отрёкшихся от Кун васготов, и многие могли подумать, что про инцидент все забыли. Но, разумеется, правители, которым и суждено было взлететь на воздух вместе со своими дворцами, не забыли. Ещё тогда поднимался вопрос о сборе представителей всех стран и об обсуждении дальнейших действий против неугомонного Пар Воллена, и после победы над Старшим к нему надлежало вернуться.
Мероприятие, о котором столь долго помышляли, не могло быть так же просто, как полёт идей, в реализации. Неизвестны Тедасу случаи съезда буквально всех правителей стран в одно место, на одни переговоры — это что-то небывалое и немыслимое. Неудивительно, что каждый, когда вставал вопрос о его потенциальном прибытии на подобное мероприятие, справедливо сомневался, а часто попросту не желал быть участником сомнительной встречи. Уже и угроза кунари обесценивалась, которые сидят на далёком севере, и до центрального Тедаса им, казалось бы, не добраться — не было желания ввязывать в войну, которая после Священного похода их не волновала. Но после этого отрицания, благо, ко всем приходит понимание истинного положения дел о том, что привычное бездействие уже не поможет. Пар Воллену даже сейчас хватает наглости готовить ошарашивающие террористические акты в условно нейтральных к нему странах, а что они предпримут, если займут территории Тевинтера, страшно даже представить. Из-за своего бездействия сейчас повторить судьбу Дол или остаться наедине с кунари, когда те начнут свой новый завоевательный поход, не хотело ни одно государство.
