История обоих миров учила: любой реформатор, желающий дожить до старости, обязан иметь под рукой мощный аппарат выявления и подавления несогласных. Император с Чоури этого то ли не понимали, то ли не принимали, но взглядов они придерживались неоправданно либеральных. По крайней мере, анализируя прессу тех времён, не удалось найти информации ни о репрессиях, ни о судебных процессах над самыми громкими недовольными, ни некрологов после «несчастных случаев», «таинственных исчезновений» или «нападений разбойников», что могло свидетельствовать о работе коллег по ведомству.
Хотя не удивительно. Судя по прочитанному, во времена Чоури, в отличие от нынешней поры благостной вседозволенности, спецслужбы сидели в наморднике и на коротком поводке. Императрица вообще частенько позволяла себе выпады в адрес «душителей народных свобод» в лице Службы Разведки и ныне расформированной Тайной Полиции.
Да… притеснять свой правящий класс, не имея опоры на спецслужбы, полицию и верные войска. Весьма… не умное поведение.
Нормированный рабочий день, какая-никакая трудовая безопасность и относительное равенство перед законом представителей одного сословия это, безусловно, прекрасно. Но неужели реформаторы считали, что богатые и влиятельные, которых они в основном и ущемляли — утрутся? Или утрутся аристократы, которых (о, ужас!) решили обложить налогами? С сидящими на голодном пайке тайными службами, что, при таком отношении, могли (и, судя по всему, сделали) сыграть за заговорщиков?
Ну-ну…
Император с женой сами вырыли себе могилу. Онест, несомненно, та ещё вероломная свинья, воспользовавшаяся доверием государя и его отравившая. Но он просто успел первым. Не подсуетись бородач, и на его месте оказался бы кто-то другой.
Что интересно: судя по старой прессе, Онест, когда его посадили на пост смещённого Чоури (почему, кстати, не «внезапно скончавшегося»?), не обладал и десятой долей нынешнего влияния. Не особо родовитый и не слишком влиятельный бывший министр финансов изначально, вероятно, казался всего лишь «говорящей головой». По крайней мере, даже в насквозь проправительственном «Имперском Вестнике» его, в отличие от некоторых других фигур, не пытались особо облизывать, и складывалось чувство, что Онест на своём посту ненадолго.
А вот потом как раз резко наступило «время отставок и некрологов», когда за два года на отдых от дел или прямиком на тот свет отправилось множество видных политических деятелей, чиновников и влиятельных аристократов. Они болели, совершали самоубийства, подвергались нападениям монстров и разбойников, попадали в несчастные случаи и просто исчезали без вести.
Иными словами, развернулась ожесточённая (пусть и скрытая от глаз широкой общественности) война за власть. Война, в которой странным образом победил забавный, не производящий особого впечатления бородатый толстяк.
Вживую его видеть не приходилось, но на портретах Онест выглядел скорее обычным любителем выпечки, нежели матёрым и жестоким интриганом.
Симпатии к этому беспринципному политику я не испытывал, но росток некоторого уважения к человеку, вопреки судьбе, взобравшемуся на самую вершину и сумевшему на ней удержаться, во мне зародился. Хотя это ничуть не убавило желания от него избавиться, ибо именно бездарное правление нынешнего премьер-министра и ускоряло сползание страны в пропасть.
Что тут сказать? Далеко не всегда хороший правитель оказывается толковым интриганом, как и наоборот.
Раз петелька — два петелька.
Но стоило вернуться к более приземлённым и животрепещущим проблемам, нежели не самые компетентные управленцы на политическом Олимпе. Сегодня оказалась окончательно раздавлена надежда на скорое исцеление ребят.
Ведь на чём строились самые оптимистичные из моих намёток? На том, чтобы вывести Отряд из-под влияния нынешних офицеров-идиотов. А адекватные люди и без моего вмешательства поняли бы, что глупо держать ценных подчинённых на убивающих их стимуляторах. Я прикинула несколько более-менее реалистичных вариантов, как убрать старых и подтолкнуть новых командиров к нужному решению.
Увы, но в новом свете вторая часть планов стала бесполезной. Теперь стало понятно, что, с рациональной точки зрения, лечить ребят — тупо невыгодно. Слишком дорого, слишком непредсказуемый результат и слишком много времени придётся потратить на реабилитацию.
Раз петелька — два петелька.
«Что ж, значит, сидеть относительно тихо и до поры копить ресурсы и информацию не получится, — мысленно резюмировал я. — Придётся вылезти на свет чуть раньше… но какая же всё-таки тупоголовая мразь этот Билл!» — резко выдохнув, подавил норовящие полыхнуть ненавистью чувства.
М-да, теперь желательно не только выполнить задание, но и разжиться золотом. Большим количеством золота. Можно сказать, что из необязательных «побочек» деньги практически вошли в список основных целей. С нынешним уровнем коррупции сотня-другая тысяч ауреев и знание — кому и сколько «занести» могли решить не меньше проблем, чем отряд бойцов с тейгу.
