— А что произошло… — мне пришлось подавить очередную вспышку злобы: сила тэйгу всё ещё продолжала давить на разум. Но отмалчиваться или огрызаться было неправильно. В конце концов, произошедшее — моя вина. — Я впитала часть духовной силы Яцуфусы и, видимо, непроизвольно начала излучать её вовне. Мне не стоило экспериментировать в карете. Я не просчитала риски и действовала опрометчиво. Больше такого не повторится.
— Успокойся уже! Тебя никто не ругает, нельзя всегда и везде быть номером один, — чуть раздраженно сказала рыжая. — Но я ни черта не поняла. Объясни нам понятней. Связь с тейгу тебе чем-то грозит?
— Ничем не грозит, — поддерживая внешнее спокойствие, ответил я. «Если я не сойду с ума и меня не поглотит сущность демонической твари в артефакте, конечно». — Ты ведь помнишь силу, которую испускает мой меч, если попытаться им овладеть?
— Помню. Жуткая штука! Как ты ей вообще пользуешься? — передернула плечами девушка, очевидно, вспомнив свою попытку синхронизироваться. Как я знал, ещё прошлый командир Базы приказал проверить на совместимость с Яцуфусой весь Отряд, и всех, кроме меня, постигла неудача.
— Я втянула часть этой энергии в себя и стала испускать ту же силу, что и меч. Так понятно?
— Понятно. Но зачем тебе это, Куроме? Я с Кей Ли была через сиденье, и то мороз по коже пробежал! Страшно представить, что чувствовала ты сама, — Акира бросила странный взгляд.
— Ничего особенного, — поспешно ответил, увидев, как нахмурился Натал. Выслушивать его лекцию о необходимости соблюдать осторожность, было выше моих сил. — У меня хорошая совместимость, всё в порядке. Зато представь, что выйдет, если совместить этот фокус с КИ.
— Да уж, представляю, — хихикнула девушка. — Мятежники с запачканными портками будут разбегаться, как крысы! Отличная идея, Куроме! Амм… только если захочешь её использовать, стой подальше от нас, хорошо?
— Хорошо. Я, пожалуй, отдохну, — дурная, иллюзорная (или нет?) мощь окончательно схлынула, оставив после себя слабость и какую-то маетную опустошённость.
Завернувшись в дорожный плащ, я откинулся на спинку сиденья и, прикрыв глаза, постарался заснуть. Сон не шёл. К нервному отходняку присоединились ранее приглушённые холодом симптомы перенапряжения. Сам холод тоже никуда не делся. Вместе с ощущением раскалывающейся головы я «наслаждался» сильным ознобом, дрожа под плащом.
«Клятый холод! Клятая глупость! Клятый мир! Сожри вас всех Бездна!»
Примечания:
А.Н. — бечено.
«Ополоснуться или не ополоснуться? Вот в чем вопрос», — размышлял я, стоя перед запрудой, образовавшейся благодаря некогда упавшему в мелкую речушку или крупный ручей осколку скалы. Как и предыдущая, очередная караванная стоянка находилась рядом с источником воды. Также в паре километров располагалась деревенька.
К счастью, самоубийственный эксперимент по синхронизации с тейгу закончился далеко не так плохо, как мог бы, и к вечеру мне стало заметно лучше. Отдохнув, проветрившись в патруле, напившись горячего чая и опустошив запас лечебных «печенек тёмной стороны», удалось прийти в относительную норму. Оттого я и явился на берег запруды.
Потрёпанные жизнью домики и такие же крестьяне меня не интересовали, а предаваться ничегонеделанию не хотелось. Поэтому, несмотря на некоторую слабость, я решил уделить свободное время тренировкам. Не став звать никого из ребят, я погонял своего разумного миньона, заодно вытянув из него немного информации под предлогом разговора «за жизнь». Как воин духа, Кента мне не ровня, но его техника боя имела интересные нюансы.
Послушать о жизни небогатого дворянина, офицера, а затем мятежника тоже оказалось любопытно, многие вещи открылись с неожиданной стороны.
Не понадобилось ни угроз, ни хитрых манипуляций, ни ещё чего-то подобного. Оказалось достаточно изобразить интерес парой наводящих вопросов, немного подыграть — и вот ко мне потекли довольно занимательные, пусть и обобщённые, данные о мятежниках. Люди вообще любят рассказывать о себе и своих интересах. Что уж говорить о мнящем себя спасителем заблудших душ Кенте? Самое сложное — терпеть снисходительный тон, к которому, забывшись, иногда скатывался мертвяк: видите ли, я напоминал ему дочку. Я его пару раз одёргивал, но в результате он сбивался с мысли, так что пришлось терпеть.
Как оказалось, революционное движение не обладало и малой частью того единства, которое я представлял при словосочетании Революционная Армия. В принципе, логично, но раньше я как-то не задумывался о сортах мятежников.
А меж тем среди них существовало множество фракций с разными, подчас конфликтующими позициями: от радикалов, стремящихся полностью уничтожить существующий миропорядок, сепаратистов и откровенных бандитов, что под революционные лозунги грабили и жгли поместья — до довольно адекватных партий с конструктивными планами реформ. В число последних входили либералы, которые к революционному движению вообще относились постольку-поскольку, республиканцы — и, наконец, лоялисты, к которым принадлежал мой миньон.
