После этого организм незадачливого санитара зажил собственной жизнью, без участия разума утаскивая глупого хозяина, а также взятого с собой Оума подальше от продолжающегося боя.
«Я… я провалился, — переполненный стыдом думал Гекко, укладывая раненого на носилки. — Теперь меня считают ни на что не годным дураком…» Даже злость на трусливого напарника не смогла пробиться сквозь это всепоглощающее чувство.
А ведь лучший друг и заместитель Куроме-сама — Кей-сан — по секрету поведал, что она любит сильных и настойчивых парней. Правда, товарищеские советы Кей-сана и так звучали слишком… смело для молодого воителя, который так и не решился воплотить какой-либо из них в реальность; а уж теперь, после такого позора…
Когда они доставили Оума до госпиталя — пришлось двигаться почти без ускорения, мужчина с трудом поддерживал минимальный уровень укрепления тела — по ногам несколько раз ударила содрогнувшаяся земля, а после до ушей долетела череда не слишком громких на фоне остального шума взрывов. После звуки битвы резко пошли на спад. Как позже выяснилось, это взорвались алхимические бомбы, помещённые в раны на теле Бедствия.
Неужели всё?
Переглянувшись, парочка санитаров вновь устремилась назад — раненые сами себя не спасут.
Только прибыв на место, новых требующих эвакуации раненых они не нашли: остались лишь те, кто смог избежать травм или отделаться лёгкими ранами... ну, и многочисленные трупы. Сражение действительно завершилось. Измотанные, перепачканные своей и чужой кровью люди стояли и, под радостные крики, потрясая оружием, наблюдали за тем, как чудовищный неприятель отступает.
Да! Враг не погиб. Пусть его вид внушал страх напополам с отвращением — истерзанное существо с зияющими провалами в хитиновом панцире, лишённое, наверное, четверти лапок, всё равно выглядело опасным. Тем не менее, тварь поддалась под натиском людей и больше не помышляла об атаке. Бедствие, израненное и истекающее настоящими ручьями зеленоватого ихора, периодически останавливаясь, всячески демонстрируя потенциальным преследователям свою способность в случае чего продолжить бой, дав жестокий отпор, всё же отступало. Трусливо поджав хвост, убиралось в горы, туда, где начинаются границы проклятого Дикоземья.
И это являлось несомненной победой! Подобные твари, раз получив жестокий отлуп, не возвращаются десятилетиями и веками!
Голоса складывались в неразборчивый гул, из которого вычленялись только обрывки:
— Ура!.. Победа!.. Слава! …леди Абэ! …лорду! — имена различных лордов и родов опять же сливались в единый гул — …Империи! …наместнику! — Слышался мат в адрес твари, богохульства, лязг металла, сумасшедший смех и прочие звуки выражения эмоций.
Лишь главная виновница этой грандиозной победы над проклятым Бедствием не проявляла признаков буйной радости, в компании своих ближников стоя впереди остальных. Никто из выражающих неистовый восторг людей не пытался к ним подойти, словно невидимая преграда отделяла компанию трёх молодых парней, одной ещё более юной девушки и одного опытного мужчины от всех остальных. При взгляде на эту группу, воителю показалось, что его обдало ветром разочарования и досады.
— Мы ведь победили, Мастер? — спросил Гекко, подбежав к лидеру своей охотничьей команды, который радовался вместе с остальными убийцами чудовищ, вошедшими в один из ударных отрядов.
— Хах, сам не видишь, сопляк? Победили, ха-ха! Великая битва! Будет, что рассказать внукам! — добродушно прогудел господин Вайтли. — И я не Мастер, — добавил он, отвесив Гекко символический подзатыльник.
— Но почему Куроме-сама выглядит такой недовольной? Она пострадала? — в голосе молодого охотника звучало неподдельное беспокойство.
Лидер нахмурился.
— Враг оказался слишком силён, — вздохнул он, отводя своего воспитанника и подчинённого в сторону от общей массы ликующих воителей. — Победа далась нам с трудом, в том числе и госпоже Абэ. Проклятое исчадие Дикоземья сумело сбежать, нанесло нам заметные потери, искалечило или уничтожило монстров Куроме-сама… Мы допускали подобный результат, — новый вздох, — по сравнению с многими битвами, описанными в хрониках, он неплох. Но если бы удача была к нам благосклоннее, то столь могучее существо под контролем госпожи могло серьёзно помочь нам всем, остудив проклятых Мизуна и Ван. А сейчас…
Опытный Охотник покачал головой.
