Немного беспокоила возможность того, что банда отморозков Сюры, «покинувшая Северо-восток», могла отправиться на поиски нехорошей имперской убийцы, обидевшей высокородного и великовозрастного дитятку. Но… маловероятно. В данной части региона у Сюры вроде бы нет телепортационных меток, а если и есть — группа А всё равно слишком мобильна, чтобы поймать её иначе, как подкараулив в заранее разведанном времени и месте. Но для этого придётся работать в спайке с Ван, то есть идти против воли отца, на что отпрыск Онеста не пойдёт — как максимум, может слить информацию о полностью здоровой гидре.
Что касается взаимоотношений с моим «другом и союзником» то, естественно, до того, как переехать, ещё в первый день, мы с Тайго поговорили. Он хоть и выглядел обеспокоенным состоявшимся между мной и сыном Онеста конфликтом, но не чрезмерно. Сошлись на том, что пора начинать действовать. Чем быстрее я покончу с миссией, тем меньше у моего крестомордого неприятеля останется времени, дабы измыслить и воплотить какую-нибудь пакость. Да и группе А всё же приказали по-быстрому помочь разобраться с проблемой монстров и бандитов, а после, не слишком медля, вернуться в Столицу — но никак не поселиться в здешних краях на целый сезон.
А ещё у Тайго могут закончиться запасы продовольствия, что плохо повлияет на его нарождающуюся дружбу с частью местной аристократии.
В общем, надо шевелиться.
Ещё одно послание, на этот раз шифрограмма из Столицы, с эпистолой от командования в стиле: «О ваших действиях извещены, продолжайте в том же духе», — только укрепила нас на этом пути. Не думаю, что один из генералов осмелился бы писать подобное после нашей стычки с Сюрой (в связи с которой, а точнее, жалобой сына премьера на обнаглевших убийц нам, скорее всего, и отправили сверхсрочное сообщение). Вероятно, это от Сайкю, который, пусть и не стал оставлять своё имя под сообщением, но и не поленился напрячь подчинённых, дабы сообщить, что его устраивает наша достаточно яркая деятельность.
Мне вообще начинает казаться, что изначально он желал привлечь внимание к нашей группе или к происходящим на Северо-востоке событиям, дабы отвлечь внимание неких лиц от чего-то иного. Я, само собой, могу и ошибаться — слишком мало информации для анализа — но иначе появление здесь одной лишь группы А, а также телодвижения Службы разведки, происходящие в данном регионе и в Столице, выглядят нелогично.
Решив не тормозить, мы и наши союзники под руководством Юрэя — а также агентура наместника региона — стали активно готовится к тому, чтобы прижучить перекрывших перевалы негодяев. Но так как истинных виновников торжества в лице рода Ван без твёрдых доказательств трогать нельзя, мы с ребятами начали работать с теми, кто уровнем ниже. Правда, какая-то сволочь (уж не проделки ли Сюры?) слила теневым торговцам информацию о возможном визите Отряда Убийц, и те успели затаиться; пришлось тянуть за иную верёвочку к «дверному звонку» недругов.
Этой самой верёвочкой стал Зиг — горец, любезно согласившийся стать нашим проводником по горам и сёлам сотрудничающих с бандитами местных. И говоря «любезно согласившийся» я имею ввиду — добровольно, а не под страхом смерти.
Воспользоваться угрозами тоже можно, однако зачем принуждать кого-то работать за страх, если есть кандидат, согласный трудиться за совесть? Мотивы-то нашего проводника вполне прозрачны и понятны. Пока Зиг занимался своими — судя по обмолвкам, не совсем законными — делами, на его селение напали бандиты, с коими у данного то ли племени, то ли клана горцев вышел конфликт. В итоге художественно изувеченные трупы мужчин, стариков и маленьких детей остались валяться на пепелище, а утративших волю к сопротивлению юношей, симпатичных девушек с женщинами и относительно взрослых детей увели — очевидно, с целью продажи или иной эксплуатации.
Племя Серого Орла, к коему относился наш проводник, как и все горцы, не слишком-то уважало законы Империи. Поэтому мужчина отлично знал, что делают с рабами: не склонных к бунту мужчин пристроить на рудники, женщин и детей продать в бордель, а буйных сбыть в руки устроителей боёв. Собственно, сами горцы редко занимаются людоловством на продажу; женщин если и крадут, то для собственного употребления.
В основном же рабы используются на нелегальных шахтах, коими богаты восточные горы.
