— Или… только не говори мне, что ты используешь эту силу, чтобы каждый день бухать без похмелья и последствий для здоровья! — продолжила втаптывать в грязь чувство собственного достоинства своей оппонентки эта мелкая ядовитая змея. — Ведь не могут же члены раскрученного в прессе Ночного Рейда быть такими идиотами и слабаками? — серые глаза с преувеличенной мольбой уставились в жёлтые. — Не могут же?

Леоне понимала, что её нагло провоцируют — хотя непонятно, зачем: все карты и так на стороне этой мелкой имперской поганки — но, продолжая пятиться, ощутила, как под закрывающей лицо тканью начали пылать щёки.

Говорят, что на правду не обижаются. Глупцы! Именно те оскорбления, в которых присутствует частица истины — самые болезненные и морально разрушительные! И чем больше эта частица, тем обиднее. Светловолосая воительница могла бы это подтвердить, ведь даже боль от проникающей раны живота отошла на второй план перед жалящими речами.

— Не неси чушь! И ты ещё пожалеешь о своей наглости, когда я натяну твою тощую задницу тебе на голову! — с этими словами девушка, отдалившаяся на безопасное (как она считала) расстояние, ударила ногой по земле, вздымая снежно-земляную завесу — и, ускорившись, поспешила ретироваться.

* * *

«Всё же Кей прав: в том, чтобы бесить врагов, есть своя прелесть, — отозвав Яцуфусу в подпространство, подумала я, с усмешкой глядя в ту сторону, где скрылась Леоне. — Особенно если умеешь чувствовать их эмоции… Этот букет бессильной ярости и страха, приправленного острыми нотками боли … М-м-м, вкусняшка!»

Тряхнув головой, успокаиваю мозговых тараканов, активизировавшихся после той попытки придавить кошкоухую резонирующим с Яцу духовным давлением. В любом случае действия мои были обусловлены отнюдь не жаждой потрафить заключённому в тейгу демону, алчущему чужих страданий, и уж тем более не желанием уподобиться шутнику, которому всё равно, кого провоцировать — врагов, друзей, посторонних или собственную девушку — у них имелись иные, более рациональные причины.

Ну, по большей части.

Вообще меня, мягко говоря, раздражало то, как короткий миг расслабленности и халатности обернулся внезапной встречей с одной из Рейда. А что, если бы кошкодевочка гуляла не одна, а с напарником — и они атаковали бы именно не вовремя расслабившуюся некроманси, а не полицейских?

Не факт, что сумели бы победить, но вот масштабные разрушения — гораздо более масштабные, чем от того аккуратного рукопашного поединка — ударили бы и по Рейду, и по мне, и по Отряду, и по всей разведке. Сейчас тоже придётся строчить пачку новых отчётов вдобавок к уже почти законченным, да и начальственной выволочки не миновать.

Но это мелочи, пусть и не особенно приятные.

Зато странную растерянность из головы выбило, да. Ну, не старею и не старею. Какая разница, насколько я долго- или вечноживущая, если меня могут убить практически в любой, причём самый неожиданный момент? То есть, учитывая нынешний уровень сил, убить меня не так и просто. Вон как славно я отделала Леоне, и даже почти не запыхалась! Слава медленно развивающемуся, но очень полезному стилю Алмазного Тела! Только за него можно простить многие косяки его каменноголового носителя. Но… непросто — не означает невозможно.

И это требуется помнить. Всегда.

Что касается хороших новостей: удалось провести целый ряд проверок на таком интересном экземпляре, как искусственный оборотень, а также создать задел для множества иных, уже лабораторных исследований. Даже взять образцы крови, тканей, духовной и жизненной энергий! Причём в месте, расположенном рядом с проекцией одного из энергоцентров на физическое тело! Это, конечно, несколько травмоопасно для подопытной, но Леоне живучая. Не зря же говорят, что у кошки девять жизней?

Однако начнём по порядку.

Удалось подтвердить, что Лионель не позволяет своему носителю воспринимать других воителей так же хорошо, как у меня теперь выходит даже в полутрансе. Иначе кошкоухая не стала бы задираться. Хотя, учитывая её самоуверенность… Нет, почуй она хотя бы часть моей полной силы — она в любом случае вела бы себя осторожнее. К тому же я пару раз специально раскрывалась ещё в начале схватки, там, на крыше павильона. И реакция объекта, который хоть и чувствовал нечто странное, но сам толком не понимал, что именно, прекрасно считывалась эмпатией.

Ожидаемо — но точно знать лучше, чем предполагать.

Кроме того, Леоне не показала умения, сходного с означенной выше эмпатией. Я специально запускала эмоциональные качели от дружелюбия к депрессии, едва контролируемой ярости и обратно. Сомневаюсь, что простая гражданская, пусть и получившая кое-какой опыт за пару лет владения тейгу и сотрудничества с РА, сумеет скрыть свою реакцию на ощущаемое в противнике безумие. Тем более если эту реакцию считывают не с мимики, голоса и моторики, а напрямую с эмоциональной сферы.

Перейти на страницу:

Похожие книги