Из Тьмы (Арка 5) полностью

Булат в свою очередь вновь окинул взглядом кованые и каменные заборы, из-за которых выглядывали особняки и многоквартирные дома для «чистой публики» и с небольшим отставанием последовал за подругой. Вряд ли имперцы — если это не ублюдочный Сюра — станут устраивать бой в подобном благополучном районе. Конечно, случись схватка на самом деле, все возможные жертвы и разрушения, как это и произошло в Сингстриме, постараются свалить на Ночной Рейд. Однако даже Булат, который никогда не отличался политической сметкой, прекрасно понимал, что состоятельные люди всё равно будут очень недовольны и начнут задавать неудобные вопросы.

Богачи всегда плюют на ужасы, творящиеся где-то там, на границе, в провинции или в пусть даже географически близких, но всё равно бесконечно далёких бедных кварталах. Однако если война приходит к ним на порог, то вой до небес поднимается в ту же секунду. Такова уж природа людская: они проводят воду на своё поле и своя рубашка им ближе к телу.

— Всё хорошо, — повернулась брюнетка к погрузившемуся в свои мысли спутнику. — Сестра оставила сообщение без предупреждающих знаков. Нам туда, — указала она рукой в сторону симпатичного двухэтажного особнячка из красного кирпича, прячущегося за невысоким каменным забором и выстроившимися параллельно первой ограде рядами единообразных елей, укрытых аккуратными снежными шапками.

— Хм. Думал, что нам придётся идти дальше. В место… — последовавший за устремившейся вперёд напарницей мужчина неопределённо шевельнул кистью, — попроще.

Акаме тем временем добралась до ворот в ограде около территории предполагаемого места встречи и нажала на кнопку звонка.

Не успела девушка убрать палец, как из открывшейся двери здания показалась невысокая фигурка, которая, ненадолго застыв в пороге, двинулась вперёд по мощёной дорожке с выстроившимися вдоль неё деревцами.

Булат заметил, что Куроме тоже насторожена: поглядывает на возвышенности и старается держаться в стороне от немногочисленных — он бы не удивился, узнав, что такое место подобрано специально — открытых для возможного снайперского огня зон. Заметил и странным образом успокоился, наконец, внутренне поверив, что всё пройдёт хорошо.

Он широко улыбнулся и показал сестре Акаме большой палец.

Впрочем, обе девушки сосредоточили всё внимание друг на друге, поэтому бывший офицер подозревал, что его жест не заметили. Оставалось лишь порадоваться за двух родственниц, которые не разорвали свою связь даже несмотря на судьбу, раскидавшую их по разные стороны баррикад.

На душе бывшего офицера потеплело.

* * *

Вдоволь наобнимавшись с сестрой и не забыв поздороваться со всё ещё несколько напряжённым, но уже начавшим расслабляться Булатом — наверное, не стоило так пристально изучать его через глаза вороньих дронов — я, демонстративно повернувшись к парочке спиной, проводила гостей внутрь.

Куда делась моя паранойя? Собственно, никуда. Я смотрела вокруг множеством глаз, в том числе и на идущих позади гостей из враждебной государству революционно-террористической организации. С другой стороны, я прекрасно знала сестру... и за время нашей первой встречи в Сингстриме смогла неплохо понять Булата. В теории они могли прийти меня убивать, но тогда вели бы себя по-другому. И укрыть от моей эмпатии злые намерения им бы не удалось. Конечно, Булат несколько напрягал своей нервозностью, чем заставлял плотнее использовать немёртвых ворон и смотреть на него и округу внимательнее, тем самым заставляя мужчину нервничать сильнее, да. Но теперь, сумев просканировать парочку напрямую, я поняла, что нехорошего они не умышляли и информацию обо мне не сливали.

Так-то что Акаме, что её спутник вообще не относятся к тем людям, которые по своей инициативе станут делиться чужими тайнами. Тут скорее стоял вопрос любопытных коллег по организации, кои могли сунуть нос туда, куда их не просят, и убедить парочку из наивной убийцы и простоватого вояки в том, что «ради блага революции нужно…». Но так как Леоне — благодаря своему чутью и слуху наиболее опасная в этом плане — после того, как ей немного пустили кровь, оказалась вынуждена умерить свою активность (как, впрочем, и весь Ночной Рейд, напуганный возможностью облавы от имперских воителей), то уровень потенциальной угрозы можно снизить.

Полагаю, данная не по силам наглая кошкодевочка с выдающимися, кхем, глазами ныне вместо того, чтобы шататься по Столице и сверкать своей возможно засвеченной перед органами физиономией, грустно (или злобствуя — что, учитывая её темперамент, куда вероятнее) сидит на базе Рейда и отрабатывает навыки исцеления духовно-физических ран на нанесённых мною обидных царапинах.

Надеюсь, хоть не пьянствует. Всё же я макнула её в собственную слабость не для того, чтобы противница впала в депрессию, а наоборот — дабы мотивировать к развитию. Мне нужен сильный Рейд, способный сыграть запланированную для него роль.