Из Тьмы (Арка 5) полностью

— Тот, кто лупил палкой? — поправив свою выдающуюся причёску «а-ля Элвис» — и как только поверх этого «рога» налезает шлем Инкурсио? Игры с пространством, не иначе, — мужчина задумчиво нахмурил лоб. — Когда я был курсантом или только начинал служить, мы часто получали от инструкторов, друг от друга, — по лицу пробежала ностальгическая улыбка. — Или от старших офицеров, желающих показать молодёжи несколько новых приёмов. Многие остались в армии, но многие ушли, были вынуждены бежать от преследования Империи или попали под арест. Даже не представляю, кто из них встретился с тобой и нашёл общий язык… — собеседник поднял глаза вправо-верх и задумчиво почесал затылок. — Нет, не могу смекнуть, о ком ты говоришь. Но не думай, что победила! — улыбнулся гость. — Настоящий мужик никогда не сдаётся! Дай ещё одну, самую мелкую подсказку! Я точно угадаю, о ком идёт речь! — азартно воскликнул он.

— Обо мне, болван! — с некоторой театральностью (для большего накала коей миньон воспользовался духовной связью и попросил меня притормозить гостей) вышагнул вперёд Генсэй.

«А ведь казался таким серьёзным человеком: философствовал, эти свои странные стихи сочинял… — в очередной раз мысленно подивилась я. — Но нет. Оказывается, это он со мной такой. А на самом деле они с учеником явно на одной волне. От осинки не родятся апельсинки, а мужикастые мужики не учатся у серьёзных, меланхолично-хмурых наставников».

— Сенсей?! — неподдельно удивился и обрадовался Булат. — Я думал, вы покинули Столицу!

— Как покинул, так и вернулся, — усмехнулся старик, довольный оказанным эффектом. — Спасибо юной Куроме.

Миньон бросил взгляд на нас с сестрой, начавших медленно смещаться в сторону — поближе к столовой и подальше от чужих разговоров. Не то чтобы я не могла незаметно смотреть и слушать через органы восприятия немёртвого, однако видимость приличий нужно соблюдать.

— Но, сенсей! Вы же… — тут мужчина замялся, пригасив свою улыбку, — презираете Службу разведки. Разве нет?

— И почему боги наградили меня таким тупым учеником? — деланно вздохнул Генсэй, который (меня-то не обманешь!) обрадовался встрече не меньше эмоционального Булата. — Где и когда я упоминал выкормышей Сайкю?

— А как же? — молчаливый взгляд на меня.

— Куроме выступила, как самостоятельная сторона.

— И вы вот так просто поверили?! — изумлённо воскликнул Булат, судя по исходящим от него эмоциям, больше удивившийся не тому, что поверили «подозрительной мне», а тому, что его старый параноик-учитель поверил. — То есть... я тоже доверяю Куроме. Но это теперь. А если бы мы встретились в другой ситуации, то я, скорее всего, не стал бы слушать. Мы даже могли вступить в бой! Настоящий мужик не нападает на юных девочек, но война редко даёт выбирать, — на долю секунды от Булата повеяло тоской, но он сразу же встряхнулся, продолжив свою реплику так, будто последней фразы не существовало: — А вы, Мастер, всегда были недоверчивым. И реагируете резче, чем я.

— Ха, уже не такой болван, — хмыкнул старик. — Испытания тебя потрепали, но добавили мудрости, ученик, — наставник удовлетворенно погладил бороду. — А поверил я не просто так. У девочки нашлись весомые аргументы, — тут лицо Генсэя-Юрэя исказила довольно своеобразная усмешка. — Советую к ней прислушаться. Но об этом не сейчас и не здесь, — тембр голоса и эмоциональный настрой старого Мастера изменился. — В данный момент, я хочу знать другое. По какой причине моего ученика, в которого я всеми силами вбивал свои знания, опозорил и чуть не победил жопный выкидыш этого жирного слизня Онеста?! — по мере произнесения последнего предложения голос Генсэя постепенно нарастал, под конец, превратившись в рёв. — Что это было за посмешище в Сингстриме?!

— Мастер, всё было не так! — выставив руки вперёд, закричал Булат. — Если бы не гражданские…

— Что за вздор?! Они всё равно превратились в фарш! Или ты думаешь, что выживший выродок сейчас цветочки собирает?! Ты в первую очередь должен был раздавить эту грязь, которая оболгала тебя и твоего наставника! Я не для того тебя учил, чтобы слава ученика меня позорила!

— Но жертвы… — вжав голову в плечи, попытался неуверенно возразить этот, казалось, непрошибаемый мужик.

— Бестолочь!

Послышался звук удара.

— Попал в мясорубку — иди до конца! — перебил его наставник. — Сделай так, чтобы она не стала напрасной! Болван! Мясник Булат, — Генсэй фыркнул, — Булат — сопливая размазня, позор седин своего учителя, вот так правильно! Понятно тебе? — уже спокойнее поинтересовался старший мужчина, слегка постучав пальцами по лбу великовозрастного воспитанника.

— Простите, сенсей! Я исправлю свою ошибку и прикончу выродка! Слово мужика!!! — сотряс стены громогласный голос означенного болвана.

«Вот зачем так кричать? Неужели он думает, что Генсэй оглох от старости?» — подумала я, краем сознания продолжая поддерживать ментальный контакт с немёртвым воителем.