Из Тьмы (Арка 5) полностью

— Что же… Двое из нас действительно пали в бою. Ещё двоих эта девочка, Куроме, смогла взять, гм, живыми. Но вместо пыток или казни она предложила… Стать чем-то большим, чем просто кучка… Чудовищ. Мой товарищ — его имя тебе ничего не скажет — спустя время понял, что вновь меняться не по нему и отказался оставаться с нами. Его последним желанием было умереть в честном бою, как и пристало воину. Желание исполнилось. Он упокоился в битве с одним из могущественнейших чудовищ тех мест. До сих пор непобеждённым. Я же решил в меру сил помочь не по годам разумной и сильной юнице. А она помогла мне. У одного из тамошних «борцов за свободу» случайно обнаружились эликсиры западников — из тех, что они не продают за деньги даже своим. А вот ради политических выгод... Как видишь, слава их алхимиков появилась не на пустом месте.

Прислушайся к словам Куроме, друг мой. Она уже уберегла северо-восточный регион от больших потрясений. У неё вполне может получиться сделать Империю лучше…»

Пусть монолог Генсэя и породил ряд новых вопросов, на которые нам с миньоном пришлось отвечать. Например, про то чудище, в бою с которым пал Горо, а также о причинах, побудивших нас к нему сунуться. Или об эликсирах западников. Однако это повествование подарило мне сразу несколько воображаемых плюсов к отношению Булата и, как ни странно, расположению сестры.

Пусть с точки зрения нормальной убийцы пощадить опасных врагов, а потом вместо того, чтобы допросить и устранить/передать в руки правосудия, взять и самовольно перетянуть противников на свою сторону — весьма сомнительный ход. Но то для нормальной. На взгляд Акаме я, наоборот, показала, что не чужда милосердия и способна идти против вбитых в государственных убийц установок.

Угу, как будто всё, что происходило раньше, этого не доказывало.

Так или иначе, но, приговорив несколько кофейников, чайников и блюд с тортиками и пироженками, мы всё же закончили с темой моей последней миссии, подоплёкой происходивших там процессов и способами защиты от навешиваемой на уши лапши. И коснулись попорченной шкурки много о себе возомнившей блондинистой кошкодевочки.

— Наша соратница недавно попала под удар имперских воителей. Ты что-то знаешь об этом, сестра?

Немного захмелевший Булат — а вот не надо мешать чай и кофе с коньяком или крепким ликёром в пропорции пятьдесят на пятьдесят, а потом пить эту жуткую смесь большими кружками! — поддержал напарницу собственным высказыванием.

— Лео… кхм, она сказала, что выжила по счастливой случайности. Нам пришлось вызывать врача, который сделал ей операцию. А ещё её раны очень плохо затягиваются. Она очень нас напугала, когда появилась на базе в пропитанной кровью одежде. Неужели Империя восстановила старый шингу Акаме?

Пока гости говорили, одна добрая некроманси, что отпустила свою неожиданную живую игрушку, не превратив в марионетку, не отобрав тейгу, не взяв кусочек на память и даже не сильно помяв, прикладывала заметные ментальные усилия, дабы не выдать своего удивления и недоумения.

Какое «выжила по счастливой случайности?!», какая «операция»?! Это, что, шутка такая?! Да я готова поставить воз печенья против заветренного леденца на то, что звероухой все нанесённые раны были — как слону дробина! И не похоже, что подраненную беглянку встретили и отделали другие имперцы, иначе я бы узнала. Да и Акаме с Булатом не стали бы делать такой упор на незаживающие раны. Существовала небольшая (скорее гипотетическая) вероятность, что ручной демон, познакомившись с внутренним миром задиристой блондинки, не только взял пробы, но и что-то повредил, но в таком случае я бы сразу засекла негативные изменения. Нет, тут нечто иное.