Из Тьмы (Арка 5) полностью

В отличие от друга, мои глаза (скорее, духовная сила, но это мелочи), привычные к спаррингам с генералиссимусом, использующим ни разу не тусклые молнии, довольно спокойно перенесли нагрузку. Немёртвый тоже не особо щурился: ну да, плазменные вспышки от соударения оружия — обычное дело для Мастеров. Натал тоже в этой лиге, просто ещё не до конца приспособился. В любом случае, во время следующих испытаний придётся отходить несколько дальше: неприятно, когда сверху сыпется всякий мусор. Да и вообще пусть это не опасно, но... дискомфортно. Присутствуй здесь нормальный человек — и его, несмотря на расстояние, повалило бы и контузило, а перед этим ослепило, да. Всё же вспышка перегретой смеси земли, воды и воздуха вышла отнюдь не слабой.

Дабы не стать целью для случайного куска дерева или, что неприятнее, комьев и брызг подтаявшей грязи, продолжавших медленно валиться с неба, мы с товарищами переместились на несколько километров назад.

— Впечатляющий удар, — произнёс старший член нашей компании, глядя на поднимающийся в воздух паро-грязевой гриб с вершины пологого лысого холма. — Не боишься переполошить соседние поселения, госпожа?

— Не слишком. Тут до ближайшей деревни километров тридцать. Грохнуло, конечно, сильно — но испуг селян нам не страшен, а до Столицы звук не дойдёт, — я с сомнением посмотрела на окружённый поваленными деревьями широкий кратер, что был прекрасно виден с нашей возвышенности. — Или будет не слишком громким. Самое большее — словно выстрел из винтовки. В любом случае, спишут на какое-нибудь природное явление. Падение метеорита, например.

Но — да, желающая покрасоваться питомица «немного» перестаралась. Да и я не ожидала от придуманного мной удара класса «анти-крепость» — или «анти-ворота крепости», что может пригодиться нам на Севере… подобного. Расчёты расчётами, но на бумаге оно выглядит намного менее впечатляюще. Да и округляла я многое в меньшую сторону, ожидая, что на деле, как всегда, получится хуже, чем на страницах блокнотика — дай случай, если вполовину от теоретического предела.

Недооценила я питомицу, чего уж. Стоило заранее проверить его хотя бы вполсилы, а не позволять захваченной тщеславием Печеньке выкладываться на полную и ещё чуточку сверху.

Как эффект (почти) обычного удара оказался сопоставим с подрывом маломощного ядерного боеприпаса? В принципе тут нет ничего невозможного: даже кончик обычного кнута в руках крестьянина-пастуха способен преодолевать звуковой барьер. А теперь представьте вместо погонщика скота почти стотонную гидру, которая действует под предельным для себя ускорением, ушедшим неплохо за х50. Конечно, кончик хвоста — это далеко не вся гидра и вес удара вряд ли составил больше тонны; зато эта тонна прилетела на хорошем таком гиперзвуке, да ещё и с внушительным выплеском духовной энергии. И учитывая, что энергия считается по формуле, где масса удара умножается на квадрат скорости, итоговые цифры мощности у идеально исполненной техники выходят заоблачными. Намного больше, чем у той атаки боевой бомбожабой, которая прилетела в спину тогда ещё живого Хрустика на скорости «всего лишь» в пять Махов.

Настоящая, выполненная почти без огрехов, атака ранга S!

И хотя новый приём не прошёл для Печеньки даром — я чувствовала доносящиеся по связи эманации боли — качественно укреплённый духовной силой хвост ей всё же не оторвало. Да и боль казалась терпимой, почти теряющейся на фоне самодовольства. Гордо поднявшая длинные шеи гидра неспешно рысила нам навстречу, всем видом демонстрируя, какая она сильная и замечательная... и насколько лучше «таракана-переростка» aka Хрустик.

Впрочем, ударь она так укреплённую духовной силой тушу монстра-многоножки, то определённо лишилась бы хвоста, несмотря на все освоенные ей техники человеческих воителей и в целом рациональное применение духовной силы. А вот титаническое членистоногое максимум получило бы неприятную травму, вроде пролома в одной из множества хитиновых пластин или нескольких оторванных лапок.

Разница в количестве и качестве энергии таки имеет значение.

Эту мысль я и транслировала питомице, дабы та не слишком погружалась в самолюбование.

— С-с! — коротко прошипела Печенька, преодолев последние сотни метров, отделявших нашу троицу от неё.

Вместе со звуком меня достиг и мыслеобраз, говорящий, что прожора хорошо понимает, что ей есть куда стремиться. И она готова приложить все усилия, чтобы совершить качественный переход и, наконец, превзойти «конкурента» в лице сильно ею нелюбимого Хрустика.

— Она хочет что-то сказать? — повернулся ко мне Натал.

— Угу, — кивнула я. — На самом деле мы больше общаемся мыслеобразами, но Печенька любит сопровождать их различными звуками. И да, благодаря этому общению гидра стала намного сообразительнее. Я бы сказала, что на данный момент наша прожора вполне разумна.

Поумнее некоторых людей.

— Ты имеешь в виду этого громилу Прапора? — насмешливо поинтересовался Натал, который не понаслышке знал о выдающихся талантах Мастера-ломастера, с которым они неоднократно пересекались по делам Синдиката.