Из Тьмы (Арка 5) полностью

Бандюков, пусть и якобы работающих на разведку, никто не жалел, так что история вошла в разряд курьёзных. Разве что жертвы похищения и их родственники остались недовольны медлительностью местных разведчиков, о чём не стеснялись заявлять. Но так как никто из похищенных не умер и даже, в сущности, не пострадал — особенного ожесточения в их словах не имелось. Поверили нашей байке, конечно, не все; однако даже в глазах не поверивших местный главшпион стал тем, кто нашёл управу на двух могущественных столичных воителей, что так-то ничуть не меньший камешек на положительной чаше весов его личной репутации.

Потом, ближе к ночи, мы встретились с наместником, который, как я и предполагала, не мог не услышать о громком похищении и отметившихся в спасении дворянских детишек воителей из столичного отделения Службы разведки. Этот разговор ничего нового не принёс. Пожилой (или, вернее, уже старый) аристократ — девяносто лет, как-никак, причём не таких, как у Будо, который внеранговый воитель, а вполне честных, как для Ученика, получившего свой ранг давным-давно и отнюдь не для сражений — встретил нас тепло и с интересом. Но с первого взгляда заметно, что ему приходилось напрягаться, дабы сохранять концентрацию и достойный уровень живости мысли.

По разговору было видно, что человек он, может, и не выдающийся, но достаточно умный и хваткий. В принципе, он мог бы успешно продолжать тянуть регион в более спокойное время. Но не сейчас, когда разразившаяся с бывшим вассалом война стала финальным выражением накопившихся проблем, своеобразной верхушкой айсберга, что пусть и бросается в глаза, однако по факту является лишь малой частью громадной ледяной глыбы. Ещё и окружение его… шакалы, иного слова просто не подобрать. Воруют, как в последний день, но для теряющего хватку Йозефа — именно так зовут наместника — рисуют исключительно благолепные картины. А у того уже нет ни сил, чтобы проверить, взять за глотки самых наглых, и растерзать их в устрашение и назидание остальной стае, ни, в общем-то, и желания.

Старость, слабость и стремительно приближающаяся смерть толкают в болото равнодушия.

Короче говоря, если убрать все славословия, вежливые реверансы и прочую шелуху, то наши столичные мандаты подтвердили и подкрепили отдельным распоряжением, формирование добровольческого подразделения тоже разрешили, причём не в размерах полка, а вполне себе дивизии. Раздухарившийся и разозлившийся — с небольшой толикой моего влияния — на «наглых варваров, что уже чуть ли не до резиденции наместника добрались!» глава региона и разрешение на корпус подписал бы, лишь бы «наподдали наглым дикарям». Но документы на корпус я, по многим причинам, просить не стала.

И так, как ответственное за организацию добровольческой дивизии лицо, получила временное и формальное — ведь рулить ею напрямую всё же не буду — но генеральское звание.

Когда наместник нас отпустил, мы с Кей Ли ещё немного пофланировали по территории — моя «орбита» неизменно пересекала столы с закусками, некоторые из которых просто просились в рот — приняли несколько приглашений на танцы (Кей с удовольствием, я из необходимости) и спустя час наконец-то покинули этот не предназначенный для таких, как мы (или я, напарник выглядел вполне довольным), праздник жизни.

* * *

На следующий день я, в приподнятом настроении щурясь на лучи выглянувшего солнца, отправилась в резиденцию центрального управления Службы разведки по региону прямо из отделения телеграфной почты. На почте я отправила своё послание о приказе на формирование Красной — в честь Мастера Джона — добровольческой дивизии, в которую, став костяком, поверх коего будет нарастать «мясо», войдут все желающие из солдат и офицеров погибшего генерала, ныне пребывающих под стражей. Отсюда и хорошее расположение духа.

Ну, и из-за некоторых иных, вполне ожидаемых, но всё равно приятных новостей из Скары. Только об этом — тс-с-с!

В этот раз гостье из Столицы не чинили препятствий на пути к кабинету местного главшпиона. Напротив: проводили едва ли не от парадного входа. Кнут и пряник в действии, да. Разве что висящий на поясе меч пришлось временно запереть в сейфе. Но это мелочи: реплике тёмного артефакта, который на самом деле находился в подпространстве, ничего, хе-хе, не сделается.

— Доброго утра, Куроме, — улыбнулся мне Нейман, который на этот раз явно принарядился. — Не правда ли, погода сегодня прекрасна? Почти как вы.

«У-у, старый извращенец! Ну, точно питает какие-то гнусные планы на углубление знакомства с юной и невинной мной! Что же… кто знает — может, мы действительно его серьёзно, хе-хе, углубим?»

— Доброго, Нейман, — весело улыбнулась я, повесив прихваченную с собой сумку с бумагами на угол спинки стула. — Солнышко и впрямь сегодня радует.

Спустя некоторое время, когда мы покончили с взаимными расшаркиваниями и устроились за столом с бокалами вина — и впрямь весьма достойного, а вот предложенная в качестве закуски нарезка из тропических фруктов, оказалась такой себе — я поинтересовалась:

— Разве вы не приглашали меня для общения наедине?