Из Тьмы (Арка 5) полностью

Под тихий вздох пустым взглядом смотрю на покорно замолчавший труп, что выложил мне основы своей истории и теперь покорно ждал новых приказов. Почему, едва вновь обретя дорогого человека, его нужно снова терять, теперь навсегда? Почему из-за некомпетентности, жадности и тупости пролезших во власть ничтожеств должны страдать и умирать хорошие люди? Могу ли я хоть как-то изменить эту гнилую систему?

Всех убить? Хах, хотя бы таких, как Нейман. Даже если ничего больше не получится и меня саму убьют на полпути, то резкое снижение концентрации всплывшего наверх и отравляющего всё под собой человекоподобного дерьма — это уже неплохо.

Кривая усмешка.

Но всё же лучше постараться, чтобы не убили. Чтобы у нас получилось не только убрать мусор, но и построить на освободившемся месте нечто лучшее. Ради тех, кто жив — и тех, кто уже умер.

— Забавно… — посмотрев в пустые зеленовато-голубые глаза немёртвого, протянула я. — Ты хотел подстроить свою ложную смерть и скрыться, свалив её на нас. Использовать в своей игре. А я пришла и действительно тебя убила. И теперь использую в своей. Этот мир просто переполнен иронией, не правда ли?

Повинуясь мысленному приказу, немёртвый встал и, подойдя ближе, наполнил мой бокал очередной порцией вина. А что? В кабинете, оказывается, хранится (хранилось) несколько бутылок, оно вкусное, а мне требовалось чем-то гасить стресс и утолять жажду в процессе работы. Да и комнатка с небольшим санузлом в кабинете присутствовала, так что о последствиях употребления большого количества жидкости я не переживала.

— Думаю, развить шутку и подстроить твою ложную жизнь будет ещё интереснее. Продолжим более плотное знакомство и поиграем в палача и жертву потом. У тебя дома, для начала, хе-хе, — сделав глоток я поставила бокал на столик и поудобнее устроившись на стуле, приготовилась к работе. — А пока запоминай: Тебя и твоего «телохранителя» никто не убивал. Мы договорились, но почти со скандалом, — начинаю вбивать в разум цели (пробуждённой и подчинённой, но для большей простоты ментальной обработки, до поры снова погружённой в состояние неразумного болвана) короткие приказы, подкреплённые объёмными мыслеобразами. — Когда я уйду, ты начнёшь подготавливать исчезновение своего заместителя, потому что он слишком много знает, а тебе не нравятся его последние шевеления, — приказываю, воспользовавшись вытянутой из самого Неймана информацией. — Далее: этим же вечером у тебя состоится важная встреча в предназначенном для этого доме на западной окраине города. Тебе не стоит опасаться нападения, но разговор не терпит свидетелей. Позаботься о том, чтобы внутри и рядом не было чужих ушей.

Помимо вбивания в чужую голову мыслеобразов, мне приходилось, плотно настроившись на духовную связь и погрузившись в образованный ею эрзац-телепатию, контролировать то, как они там укладывались. Что-то ложилось, словно родное, что-то вызывало у объекта отторжение, как, например, идея прийти на встречу вообще без охраны, хотя бы без команды быстрого реагирования, сидящей в доме по соседству.

Осторожный насекомыш. Пусть и недостаточно, хе-хе.

Подобные моменты приходилось корректировать и заставлять немёртвого самому додумывать ситуацию так, чтобы она не резала глаза будущему полноценно разумному «живому» и «свободному» главшпиону, который очнётся после того, как я закончу свои манипуляции и сотру ему лишние воспоминания.

Уф-ф! Адова работёнка! Во всех смыслах.

Сидя в удобном кожаном кресле, оглядываю комфортабельный кабинет высокопоставленного чиновника, в котором я вершила свои тёмные дела. Делаю последний глоток приятно терпкой кисло-сладкой рубиновой жидкости. Насмешливо усмехаюсь.

Но что-то в этом есть. Того и гляди, убивать и марионетить вышестоящих коллег войдёт у меня в привычку.

* * *

— …Ещё раз повторяю: я не стану вам мешать, но и отвлекать и без того ограниченные ресурсы ради удовлетворения ваших авантюр я себе позволить не могу. Это моё последнее слово. Если это вас не устраивает, можете жаловаться, можете писать докладные, можете лично заявить господину министру Сайкю о моём несоответствии должности, но я от него не отступлю! — с видом замотанного работой и пусть не кристально честного, но болеющего за дело служаки, заявил Нейман.

— Я не предлагаю вам авантюр, — сухо отвечаю. — Напротив, это может облегчить положение. И уж тем более я не требую ресурсов, что покажутся значимыми на фоне тех, которыми уже располагает ваше отделение.

— Лишних людей нет! — перебили меня. — Наместник разрешил вам вербовать карманную армию, вот и занимайтесь этим. Если для вашей команды это что-то значит, то у вас есть и моё одобрение. Я составлю соответствующую бумагу. Тем более что в Центре на вас возложили ответственность за восточную часть границы. Работайте сами — и не мешайте работать нам! — высший офицер постучал ручкой по столу.