— Ну, Элька, ты просто везучая, — сказала она, когда они встретились на следующий день после обеда. — Представляешь, у них, в библиотеке, начинается ремонт, и поэтому сервисный центр работал последний день, когда я тебе эти мемуары копировала.
— Да, везучая, — уныло произнесла Эля. — Информацию приходится по крупинке добывать. Хорошо, что ты в эти дни в Северной столице оказалась!
Они с Машей сидели в кафе и ждали, когда им принесут мороженое и кофе.
— Как ты думаешь, может зеркало навредить человеку? — спросила Эля.
— Что ты имеешь в виду? — удивилась Маша.
— Может обычное зеркало сводить людей с ума?
— Ни разу с таким явлением не сталкивалась.
— Я тоже. Что-то не верится мне в это.
— Хотя, — неожиданно произнесла Маша, — в Петербурге я слышала, как одна женщина-экскурсовод рассказывала легенду о зеркале купцов Брусницыных, его ещё зеркалом Дракулы называют.
— Что за легенда? — сразу же заинтересовалась Эля.
— Легенда о том, что Брусницын приобрёл зеркало, когда-то висевшее в усыпальнице Дракулы, и распорядился установить его в танцевальном зале своего особняка. Так вот, стоило какому-нибудь человеку посмотреть в это зеркало, как ему сразу же становилось плохо: начинала болеть голова, в глазах темнело, дыхание затруднялось. Кто-то даже терял сознание или серьёзно заболевал.
— Это касалось только дам?
— Нет, — ответила Маша, — не имело значения, кто смотрелся в это зеркало, мужчина или женщина.
Эля вздохнула:
— А в моём случае, точнее, в случае графа Тормасова, дурно делалось только его жёнам. Нет, что-то здесь не так.
— Ну, так ищи разгадку, — улыбнулась Маша.
— Что я и делаю, — сказала Эля. Тут им принесли мороженое, и она придвинула к себе свою порцию. — Боюсь только, что придётся очень долго искать её.
Эля ещё на «Зуше» заметила Таню, сидевшую в траве на пристани.
— Ты что здесь делаешь? — удивилась она.
— Тебя жду, — буркнула Таня. — Дома есть нечего.
— В холодильнике окрошка со вчерашнего дня оставалась.
— Я её ещё утром доела.
— Могла бы сама что-нибудь приготовить. Например, капусту потушить. Очень лёгкое в приготовлении блюдо.
— Ну да, — сказала Таня. — Лёгкое. У меня даже рецепта нет.
— Хорошо, напишу тебе сегодня рецепт.
— А ты что, опять в город завтра уедешь? — насторожилась Таня.
— Не знаю.
— Ты и так целыми днями там пропадаешь. Совсем нас забросила.
— Но вы же с сестрой не маленькие дети. Можете и сами о себе позаботиться.
— А что у тебя в пакете?
— Сладкие пирожки и пирожные.
— Пойдём вечером в гости к ребятам и угостим их? Они же нас всегда угощают.
Эля покачала головой:
— Нет. Вечером я буду занята. Мне нужно работать. Но если ты хочешь угостить ребят, то пожалуйста.
— Не пойму, зачем тебе нужна эта диссертация? — произнесла Таня. — Тебя же тогда совсем никто замуж не возьмёт.
— Ну, твою же сестру взяли! Чем я хуже?
— Ну, не знаю, — отрешённо протянула Таня. — Только мне кажется, ты совсем не диссертацией занята.
Эля от удивления даже остановилась.
— А чем же я, по-твоему, занимаюсь?
Таня пожала плечами:
— Ты назло Степану в городе пропадаешь.
— Это он тебе сказал?
— Нет. Но он был очень грустным, когда утром приходил к нам, а я ему сказала, что ты опять уехала в Неренск.
В кухне Лиля нарезала овощи.
— Вот, решила салат сделать, — смущённо произнесла она. — А то я какая-то бездельница получаюсь.
— От салата не сильно насытишься, — сказала Таня. — Надо что-то существенное приготовить. Ну, хотя бы картофельную запеканку с мясом и сыром.
— Умничка! — воскликнула Эля. Она подошла к холодильнику и открыла морозильную камеру. — Ага, фарш у нас есть. Значит, берёшь картошку и начинаешь чистить. Будем учиться готовить картофельную запеканку. И только ничего не говори мне про ногти.
Совместными усилиями ужин был приготовлен. Отправив Таню с пирожными на берег реки, Эля вымыла посуду и поднялась к себе в комнату. Она вынула из сумки отсканированные Машей мемуары Фаробиной и принялась их внимательно читать.
