Сказав это, Рыба стал прикидывать, кто из двух дамочек не выдержит и первой спросит о его визите в хозяйский кабинет. Не выдержала Нинель Константиновна, чьи нервы были расшатаны до последней возможности общением с младшими детьми Панибратца.
– А ты, рыбонька, вроде от хозяина идешь? – бросила пробный шар воспитательница.
– От него.
– Вызывал-то зачем?
– Текущие вопросы. Утверждение меню на Новый год и все такое…
– Когда еще тот Новый год, – разочарованно протянула Нинель Константиновна, а Анастасия добавила:
– Он вообще меню не занимается, хозяйка все решает, не к ночи будь помянута…
– Может, раньше так и было, а теперь вот решил заняться!
– А еще что? – продолжала допытываться Анастасия.
– Да ничего. Музыку слушали… «Депеш Мод».
– Лично мне Земфира не нравится, – снова не выдержала Нинель Константиновна. – Дерганая она какая-то. Надька Кадышева всяко лучше…
– Ты бы еще Бабкину вспомнила! – заржала Анастасия. – По мне так все эти певички ничуть не лучше нашей… Такие же суки!
– И кого же ты предлагаешь?
– Хакамаду! – Анастасия неожиданно проявила ультралиберальный подход к ситуации. – Баба с мозгами – раз, и не бедная – два. Деньги к деньгам, как говорится…
– Да ну! Хакамада тоже дерганая. И цены себе не сложит. Начнет по ток-шоу шастать, в бизнес вмешиваться и права качать – хозяин не выдержит и испепелит ее к чертовой матери. Представляешь, какой вой поднимется? Век не расхлебаем… И если уж на то пошло – Машка Арбатова поспокойнее будет.
– Арбатова?! – Анастасия заржала еще громче, чем когда услышала про Кадышеву. – Эту он еще быстрее испепелит с ее идеями дурацкими про равноправие полов…
– Зато… – Нинель Константиновна набрала в легкие побольше воздуха. – Зато Машка Арбатова кто?
– Кто?
– Мария! Ма-рия! Марь-Васильна была, Марь-Сергевна – сейчас. И предыдущие тоже вроде как Мариями были… Традиция, мать ее за ногу! Не-ет, у Арбатовой больше шансов, чем у Хакамады…
Слушая бесплодную полемику прислуги, Рыба вознес хвалу небесам за прозорливость Панибратца, так вовремя включившего «Депеш Мод». А пассаж о Хакамаде, главной японке РФ, натолкнул Рыбу на мысль, как отвлечь обеих дамочек от скользкой темы разговора с драконом-олигархом.
– Видел Имамуру, – скромно заявил он.
Анастасия с Нинелью Константиновной тотчас забыли о претендентках на руку и сердце хозяина и уставились на Рыбу.
– И? – спросила старшая горничная.
– И? – поддержала ее воспитательница младших детей.
– Мужик! Самурай! И меч, и доспехи – все как в кино, – соврал Рыба.
– Обалдеть! – ахнула Анастасия.
– С ума сойти! – охнула Нинель Константиновна. – А он при тебе ничего такого не делал?
– Чего?
– Ну там… Чудес всяких…
– Особо нет… Кроме того, что мумию оживил.
– Какую еще мумию? – севшим голосом спросила горничная, а воспитательница затряслась.
– Известно какую. Древнеегипетскую.
– А зачем он ее оживил? Для каких целей? И так народу в доме полно, не протолкнуться…
– А теперь еще и мумия будет, – пообещал Рыба. – Я так думаю, что за порядком следить. Чтобы все занимались своими делами и не отвлекались на пустяки. Отвлечется кто – мумия его и сцапает. Предаст казни египетской. Фильм смотрели?
– Какой?
– Да про мумию же! Он так и назывался – «Мумия».
Старшая горничная Анастасия наморщила лоб, пытаясь вызвать в памяти искомый голливудский кинопродукт. Нинель Константиновна вспомнила быстрее и, вспомнив, заплакала.
– Этого еще не хватало, – сквозь слезы сказала она. – Мало нам душевных потрясений… Прямо хоть увольняйся, честное слово!
– Ну, думаю, до крайности не дойдет, – успокоил обеих женщин Рыба. – Про казнь египетскую я загнул, конечно. Мумия – тоже человек. Пожурит слегонца, если что случится, – и отпустит на все четыре стороны…
Обсуждение скверного характера египетских мумий продолжилось на кухне, за медовухой. Сошлись на том, что все это надо пережить
Затем наступило время детского ужина, затем – ужина для взрослых. Затем Марь-Сергевна потребовала омара, лангустов, салат с мидиями и свежий гусиный паштет. Остаток вечера Рыба крутился как белка в колесе и попал в свою комнату только к половине двенадцатого.
До назначенного Панибратцем времени оставалось полчаса.
