Отношения Виоланте и Князя переживали в то время расцвет. Никогда прежде они не общались так часто и так тесно. Правда, было одно «но». Князь обещал Виоланте помочь решить одну проблему, однако дело пока не двигалось, и хотя королева старалась не смешивать личное с общественным, это не могло ее не беспокоить. Тем не менее, на дне рождения Князя она была с ним и веселилась как никогда. О Гейне и его делах Виоланте слышала довольно часто, но сама о нем практически не думала.
Виоланте по-прежнему исполняла песни в Храме Верности; значительную их часть она посвящала Князю. Ему же она посвятила и новую, очень красивую песню не собственного сочинения. Ей сначала показалось, что эта песня идеально подходит для выражения ее любви к Князю, но чем больше она ее пела, тем отчетливее понимала, что это не так. В песне было иное чувство, не то ароматное наслаждение, которое Виоланте испытывала при общении с Князем, но что-то более щемящее, высокое, запредельное. Осознавала ли тогда королева, что ее идеал еще совсем недавно находился рядом с ней?
Проблему, которую вроде бы обещал решить Князь, он не решил. На такие случаи у него имелось стандартное объяснение, заключавшееся в том, что нужно одинаково воспринимать успехи и неудачи. Виоланте была раздражена и откровенно зла на него. Правда, вскоре они помирились, но брешь в их отношениях появилась, хотя, вполне возможно, и намного раньше. Виоланте осознала чрезмерную зависимость от влияния Князя, и это ей не понравилось.
И вдруг все изменилось. Однажды утром королева встала с постели и поняла, что прежних чар любви к Князю больше нет. Она была свободна. Но это показалось ей неправильным. Виоланте считала свою любовь к Князю вечной, и нынешнее ощущение было для нее предательством. Она не просто разлюбила Князя. Ненавидя ложь, королева вынуждена была признаться себе, что некоторое время пыталась любить двух мужчин одновременно. Она, которая сама предложила включить «верность» в название Храма Чести и Любви, попрала это святое слово. На миг ей показалось, что она более не может быть королевой Счастливой Страны. Подойдя проще, Виоланте решила быть честной, встретиться с Князем и все ему объяснить.
Они прогуливались по берегу реки. Князь накрыл руку Виоланте своей, от него исходили тепло и покой. Королева впервые заметила, что он уже немолод. Они молчали. Любил ли он ее? Любила ли она его? Наконец, Князь произнес скорее утвердительно:
– Ты полюбила другого.
– Да, я полюбила другого.
Больше они ничего не сказали. Князь пригласил Виоланте на танец, и они закружились в медленном прощальном вальсе.
Князь не ушел полностью из жизни королевы. Она продолжала считать его своим учителем, они встречались иногда, но прошлое они вернуть не могли, да и не хотели.
На следующий день Виоланте отправилась в страну Гейна. Она нашла его в саду. В свободное от государственных дел время Царь любил работать на земле.
– Виоланте! Вот так встреча! – воскликнул он.
– Гейн, я должна перед тобой извиниться, – проговорила она, запинаясь. – Я была груба… Это было просто некрасиво с моей стороны…
Он внимательно посмотрел на нее и спросил с чувством:
– Ты пришла ко мне?
– Да! – выдохнула королева.
Гейн обнял ее, прижал к себе и сказал:
– Я люблю тебя, Виоланте. Я никогда не причиню тебе зла.
Охваченная внезапным порывом, она ответила:
– Я люблю тебя, Гейн. Правда, я уже однажды говорила это. Просто тогда это прозвучало как «уходи».
Он рассмеялся.
– Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой?
– Да.
– Хорошо, поедем завтра. Сегодня уже поздно.
Их свадьба, их медовый месяц – все это было великолепно. Редко хватает слов, чтобы выразить что-то очень хорошее. Что можно сказать, например, о церемонии бракосочетания в Храме Чести, Верности и Любви! Виоланте и Гейн оба были в белом. Роскошные золотые волосы королевы ниспадали ей на плечи. В воздухе стоял потрясающий аромат роз. Это была свадьба в раю.
Казалось, не только на Счастливую Страну, но и на весь мир снизошли покой и благоденствие. Виоланте отошла от дел, правда, временно. Она решила, что в ее государстве система жизни настолько слажена, что может обойтись и без королевы, а она, тем временем, будет образцом счастья для своих граждан. Гейн также отправился в «отпуск». Однако после свадебного путешествия он частично вернулся к исполнению обязанностей вождя страны, которая не была столь счастливой, как страна Виоланте.
