— Это шлем для записи языка киборгов. — Довольно немногословно ответил продавец, сделав хмурую физиономию еще кислей, словно даже и не рассчитывал уже этот товар продать.
— Что за киборги?
— Те, что из портала под Агрызом лезут. — Ответил продавец и, заметив, что потенциальному покупателю яснее не стало, рассказал эту историю более подробно. — Сначала от них только единичные экземпляры в наш мир приходили. Торговали своей продукцией, этот шлем тоже из тех партий. Все тихо, мирно было. Взамен своей техники наши товары брали, в основном продовольствие. А потом из портала их армия поперла. Благо, там рядом воинская часть стояла, сам Агрыз пока отстояли, но похоже, не надолго. Сейчас там такие бои идут! По сравнению с нашим Агрызом, здесь у вас курорт.
Купил Иванов тот шлем, очень уж интересным он ему показался. Техника, а ментальный ответ дает. Интересно будет в таком поковыряться. Точнее, не купил, а обменял на свою собственную поделку пространственного щита из царской двадцатикопеечной монеты сделанную. Площадь защиты небольшая, но продавец сразу же за монету уцепился. Шлем то его — неликвид. Из гражданских тот вражеский язык никому не нужен, а военные, которые под Агрызом воюют, все, кому нужно, уже выучили. А Ивану для расширения его кругозора, очень полезная покупка. Порадовался бы, если бы про Гизатуллину внезапно не вспомнил. Она же, как раз, в те края к родственникам собиралась эвакуироваться.
Раньше бы Вовка, закупившись, сразу в обратный путь отправился. С тяжелой сумкой много не погуляешь, но имея в наличии пространственный артефакт, в который были упрятаны все покупки, можно и по городу прошвырнуться. Михайлов то по-прежнему, по делам в основном, а для давно здесь не бывавшего Ивана и просто прогулка — экскурсия была за радость.
По знакомым с детства улицам прогуливался народ, вновь работали магазины, ездили автомобили. Все как обычно. Почти. У большинства встреченных прохожих на плече или хотя бы на поясе висело оружие, у женщин реже, но они и не гуляли почти в одиночестве, почти всегда в сопровождении вооруженного мужчины. Машин стало в разы меньше, чем раньше, по проезжей части временами гулять можно стало, как по бульвару. А магазины…. Зашли они с Вовкой в несколько. Цены на все товары в разы больше, чем Иванов помнил по прошлым временам, правда, возле некоторых товаров ценники стояли двойные. Вторая цена почти соответствовала той, из памяти студента. Талонная система еще действовала. Только Иванову, как вовсе уже не местному жителю, пришлось свежий хлеб по полной стоимости покупать. Очень хотелось весь хлеб разом скупить, чтобы запас для семьи создать, но побоялся излишнее внимание привлечь. Так и закупался понемногу в каждом встречном магазине.
— Слушай, Вовка, — высказал другу свои первые впечатления от посещения улиц Иван. — Как-то не по себе от всей этой массы вооруженного люда. А ну, какой-нибудь псих окончательно с катушек съедет и начнет из автомата по прохожим пулять.
— Ну и получит тут же пулю. С тех пор, как власти разрешили гражданам свободное ношение огнестрельного оружия, в городе намного тише сразу стало.
— Где они только столько оружия понабрали. — Проворчал Иван, разглядывая симпатичную девушку, которую аж трое вооруженных парней разом сопровождали.
— На предприятиях выдали. А еще оружейные магазины открыли. И бойцы теробороны во время своих выходных с оружием ходят. Их даже обязали с оружием ходить.
Очень познавательная прогулка для Ивана получилась. Выходит, власти, наконец-то, прекратили, как страусы, головы в устаревшие законы и многочисленные формуляры прятать и за ум взялись.
Через блокпост на обратном пути проходили по уже отработанной методе. Вовка официально, с соблюдением всех положенных формальностей шел, а Иванов рядом под Отводом глаз стоял, своего друга дожидаясь. Еще на обратном пути Иван закинул камешек по поводу продажи общине, где Вовка обитал, излишков всяческих механизмов, по большей части не использующих электричество в своей работе. У Ивана же такого барахла аж морскими контейнерами скопилось. Вовка пообещал своему лидеру передать это коммерческое предложение. На том и расстались.
— Интересно, а как там наша квартира поживает? — Неожиданно заинтересовалась мама, когда сын ее об итогах своей вылазки на семейном совете докладывал. Точнее, по правде, совет, тот был обычным завтраком, но кто сказал, что за завтраком нельзя серьезные вопросы обсуждать?