— Я выложил тебе все мои тайный мысли. Нас подгоняет время, а ты все еще что-то скрываешь от меня. Если мы вместе в этой жестокой борьбе, между нами должна быть полная откровенность и доверие, без ложного стыда. Ты что-то недоговариваешь? Ради чего ты живешь, ради власти? В чем дело, Изабелла?
Она была поражена его проницательностью. Его пристальный взгляд, казалось, гипнотизировал ее. Иногда в последнее время она задумывалась, почему Мортимер обладает над ней такой сильной властью? Он осторожно вытаскивал из нее слово за словом, как будто она говорила во сне. Она даже не подозревала, что собиралась все ему высказать.
— Сломать Хьюго Деспенсера, как он сломал мою жизнь!
Она без смущения высказала ему свое самое заветное желание — отомстить за поруганный брак! Все остальное пока еще было закрыто темной завесой…
— Я обещаю тебе сделать это, — сказал Мортимер. На лестнице послышались шаги. Пора было трогаться в путь.
Никто из них не упомянул Эдуарда. Казалось, он исчез из жизни, как только они перестали думать и говорить о нем.
Было так тихо и приятно в маленьком садике в Валансьене. Изабелла, измученная долгим и тревожным путешествием, была рада побродить там. Сладко пахнущая маттиола цвела в саду. Ворковали голуби. Забыв обо всем, она следила за белыми пушистыми облаками, несущимися по бездонной чаше неба.
Хотя им грозило еще много неприятностей, она уже могла не волноваться по поводу их нынешнего положения.
Изабеллу и ее людей гостеприимно встречали, как только они пересекли французскую границу. Как будто они попали в другой мир. Никакие скандальные сплетни не предшествовали ее приезду сюда, в сонную провинцию Священной Римской Империи. Ее кузина Жанна де Валуа и галантный граф Геннегау встретили ее с распростертыми объятиями. Ее хрупкая красота и отчаянное положение завоевали ей сочувствие у их слуг.
— Ее заставили покинуть двор родного брата, — сокрушались люди.
— А до этого с ней так плохо обращался собственный муж!..
Изабелла не понимала их гортанную речь, и Жанна переводила ей. Так говорили на улице, когда люди собирались, чтобы приветствовать беглую английскую королеву. Все с удовольствием смотрели на ее сшитые по последней французской моде головные уборы с крылышками.
Жанна, доброе, доверчивое создание, поведала своему мужу Вильгельму Геннегау все обиды, о которых так охотно рассказала ей Изабелла.
— Здесь ей не понадобятся деньги, и ее не смогут забрать у нас, — заявил он на плохом французском. Он улыбался и подбадривал расстроенную родственницу своей жены. Ему было приятно рассказывать своим друзьям, что в его хорошо обставленном замке жила сама королева.
Они были так добры к беглецам, что даже устроили для них несколько приемов. Неда с радостью приняли в свой круг их милые дочери, а Изабелла с большим удовольствием отдыхала в их маленьком внутреннем садике. Она сидела там с милым и добрым. Эдмундом, который также был родственником Геннегау по материнской линии. Часто там присутствовал преданный лорд из Уэльса, который привез ее из Парижа и теперь занимался всеми ее делами.
— Как был прав Мортимер, что привез нас именно сюда! — с облегчением воскликнул Эдмунд Кент, как только они остались одни.
Изабелла улыбалась. Мортимер стоял несколько поодаль, поставив ногу на край маленького пруда с рыбками и обхватив рукой подбородок. Было видно, что он о чем-то глубоко задумался. Изабелла продолжала беседу со сводным братом своего супруга. Иногда он так напоминал ей Эдуарда!..
— Я не могу забыть доброту того рыцаря, который привез нас к себе домой в Остреванте. И заботу его жены. Они так бедно живут, у них много детей, которых нужно кормить, но они отдали нам все самое лучшее, что у них было. Эдмунд! Как его звали?
— Сэр Юстас д’Амбретикурт.
— Прошу вас, не забудьте его имя, когда-нибудь придет день, и я смогу отплатить ему за доброту.
— Вы сделаете это столь же прилежно как заставили нас расплатиться с вашими кредиторами, прежде чем мы оставили Париж, хотя Роджер был вне себя от бешенства, и кони били копытами у дверей! — поддразнил ее Эдмунд. Он стал разламывать булку, чтобы покормить жирных карпов в пруду.
— Вы правы, нам есть за что благодарить д’Амбретикуртов! Именно они сразу же решили послать вести о вашем прибытии в Валансьен!
— И потом этот милый младший брат Вильяма приехал за нами.
— Такой милый сэр Джон Геннегау! — заметил Эдмунд, улыбаясь при воспоминании о прошедшем. — Прямо рыцарь из рассказов о короле Артуре, с синими холодными глазами и волнистыми льняными волосами. Он был уже готов припасть к ногам благородной дамы, находящейся в трудном положении, и сражаться за нее со всем жестоким миром!
Они все засмеялись, вспомнив, как был очарован красотой королевы неопытный молодой человек.
