– Полагаешь, твой супруг думал о тебе, когда прыгнул, чтобы спасти свою zumra? Спасти смертных, чьи жизни прерываются вот так? – Он прищёлкнул пальцами, и вокруг образовалось ещё одно кольцо воинов, подвижное, тёмное.
Всё это было для Льва игрой, и они были словно даамовы мыши.
Несмотря на всю свою мечтательность, Айя была сильной. Стойкой. Она потеряла сына и всё же выстояла. Она потеряла супруга и всё же осталась верна их миссии.
Ложь… Айя терялась – Зафира поняла. Она была полна тревоги и боли. Нельзя было позволять ей приходить сюда!
– Как долго мы ещё сумеем полагаться на старые традиции? – Лев повысил голос, прекрасно зная, как податливы, как любопытны были его слушатели. – Сёстры Забвения покинули свой народ слишком быстро, оставив за собой лишь отчаяние и запустение. – Он снова посмотрел на Айю и произнёс почти нежно: – Мы – сломленные жертвы мира, который продолжает только брать, брать и брать. И я спрашиваю тебя, ради чего? Ради какой цели?
Небеса, Лев сошёл с ума. Он был частью этих бед. Именно из-за него умер Баба. Именно из-за него не стало Беньямина! Он поступал с другими так же несправедливо, как другие поступали с ним. Этому жестокому замкнутому кругу не было конца.
И всё же Айя опустила посох, и когда тот глухо стукнул о пол – Зафира почувствовала этот удар в самой своей душе.
– Пришло время выковать этот мир в нечто новое, уже по-нашему, – мягко сказал Лев.
Зафира узнала эмоции, отразившиеся на лице Айи. Это было лицо человека, который наконец очнулся.
Лев улыбнулся Айе, когда поражение заставило её плечи поникнуть. Но на этот раз не было хитрости – только доброта. Ни один ифрит не напал на неё, и когда Лев протянул ей руку, Айя замерла, словно раздумывая.
Сеиф, стоявший в каких-то трёх шагах от них, воскликнул:
– Айя, нет!
Насир пытался прорваться через кольцо ифритов. Альтаира нигде не было видно. Зафира прицелилась. Они пришли сюда за сердцем и Джаваратом, а не… не за этим.
Два шага.
Кровь Зафиры похолодела. С уст Льва полилось ещё больше лжи, и Айя впитывала её, как изголодавшийся путник.
Один.
Айя улыбнулась своей мечтательной улыбкой и вложила руку в ладонь Льва.
Хаос разлился, словно вода из расколотого горшка, когда Айя взяла Льва за руку… предала их. Прекрасная мечтательная Айя.
Насир видел это издали, оттуда, куда его вынесло боем. От неверия и смятения стало тяжело дышать.
Он вскинул скимитар, принимая удар огненного посоха прежде, чем тот достиг его шеи. Нужно добраться до Айи, остановить её. Обездвижить Льва и забрать сердце! Хашашины стреляли сверху, и вокруг раздавались крики, захлёбывающиеся кровью. Он расчистил путь Зафире, но обнаружил, что она просто замерла, прицелившись во Льва.
«Стреляй!» – подумал он.
И она выстрелила. Стрела воспарила, и воспарила надежда в его сердце, когда выстрел пришёлся точно в цель – в грудь Льва. Наконец-то! Улыбка удачи. Насир не стал тратить время. Пульс бешено стучал в висках – к этому он пока не успел привыкнуть. Он слышал крик Сеифа, обращённый к Айе, но был слишком далеко, чтобы подать сигнал.
Сразив ещё одного ифрита, спотыкаясь, принц прорывался вперёд. На бегу он отёр кровь с разбитой губы.
Воздух застыл, и Насир отчётливо ощутил чьё-то присутствие, повернулся к Альтаиру. Лицо генерала было задумчиво, словно он колебался, принимая какое-то решение. Возможно, так и было, потому что в руках он крепко сжимал посох.
И посох был нацелен на Насира.
Дыхание перехватило, и меч выпал из рук, а разум опустел. Он не мог пошевелиться, просто смотрел, как посох Альтаира устремляется к нему…
А потом проносится мимо его плеча, ударив в горло ифрита прямо за ним.
Насир испустил хриплый вздох – больше, чем просто облегчение. Тени сорвались с его ладоней, окружая их. «Нет, не сейчас…» Альтаир странно посмотрел на него, потом перевёл взгляд на его упавший меч и вдруг скрылся во тьме без единого слова.
– Подожди… – начал Насир, но осёкся, когда стрела с белым оперением вонзилась в подбирающегося к нему ифрита. «Зафира». Он ничего не видел сквозь плотную вуаль теней, не слышал ничего за звоном мечей.
– Альтаир?
Ничего.
– Альтаир! – воскликнул он.
Откуда-то издалека он услышал щелчок пальцев, и ифриты исчезли. Насир споткнулся, оказавшись вдруг лицом к лицу с Кифой, выставившей перед собой копьё. Сеиф, вращавший косами, замер. Вся земля была усыпана телами павших ифритов и хашашинов – целое кладбище, протянувшееся между Насиром и Львом.
«Лев…»
В руке он держал стрелу Зафиры, и чёрная кровь стекала с неё, хотя сам Лев выглядел невредимым, и казалось, выстрел не задел его.
Справа от него стояла Айя, а слева – Альтаир.
Альтаир… без цепей. Удовлетворённый. Беспечный. Насир должен был понять это в тот самый момент, когда увидел брата с книгой в руках. И всё же что-то внутри него надломилось.
