Она была так взбудоражена, что едва дождалась, пока маг вернется с охоты. Нетерпеливо мялась, пока он насыщался, с растущим беспокойством посматривала по сторонам, но тут же помчалась прочь, стоило ему поднять голову и вопросительно посмотреть. Да с такой скоростью, что он сумел нагнать ее и поравняться только через полчаса.
"Айра, что случилось?" - осторожно спросил Марсо, когда она остановилась на пару минут, чтобы передохнуть.
"Не знаю... мне не по себе".
"Тебе плохо?"
"Нет. Плохо впереди. Но не сейчас, а скоро..."
"Не понимаю", - признался призрак.
"Я тоже. Но так уже было, Марсо. Точно так же было перед тем, как у меня случилось то видение про Занд. Помнишь, я тебе говорила, что в него пытались проникнуть? Несколько месяцев назад?"
"Думаешь, это повторяется?" - беспокойно пошевелился он.
"Возможно. Не знаю".
"Скажи Викрану".
"Если он может нас слышать, значит, уже знает, - рассеянно отозвалась волчица, к чему-то настороженно прислушиваясь. - Сейчас стало лучше... я слышу, как там идет дождь... где-то стучит дятел... крадется за добычей никса... молодая, два года от роду, но быстрая... очень быстрая... а граница пустая. Пока еще пустая. Нетронутая. Везде, кроме юга, где опять собираются тучи..."
Айра вдруг замерла, широко раскрыв глаза, и странно выдохнула:
"Марсо..."
Но добавить ничего не успела - вдруг откуда-то изнутри снова поднялся плотный туман и накрыл ее с головой.
Жара. Душный полдень. На истоптанном береге непрерывно снуют истощенные люди. На их покрасневших от горячих солнечных лучей спинах уже вздуваются крупные волдыри, время от времени лопаясь и покрывая кожу сукровицей, но никто не замечает - вперив мертвые, остановившиеся взоры в пустоту, они продолжают носить тяжелые корзины, очищая заполненный остывшей лавой тоннель.
Их много. Снова очень много, будто неведомый хозяин с легкостью смог добыть себе еще несколько сотен работников. Он стоит здесь же, совсем неподалеку - высокий, плотно закутанный в длинный серый плащ, непроницаемо мрачный, неподвижный и молчаливый. Его мысли тоже надежно закрыты от чужаков - юная орлица, как ни старается, не может в них проникнуть. Там царит пустота. Чернота. Непроницаемый мрак, надежно отгороженный от ее пытливого взора прочным стеклянным колпаком.
Вот он неожиданно поднимает руку и властно указывает на заново отрытый тоннель. Рука белая, холеная, с крупным золотым перстнем на среднем пальце. Явно мужская и полная скрытой силы. Перстень почему-то кажется птице странно знакомым - в форме свившейся клубком и изготовившейся к броску змеи - но она не может подлететь ближе и рассмотреть внимательнее: стоящая над тоннелем преграда не пускает.
Под низко надвинутым капюшоном чувствуется какое-то шевеление. Потревоженный воздух начинает медленно скручиваться вокруг мага в сероватые клубы уже знакомого тумана. Он медленно вьется у ног хозяина, словно преданный пес, униженно скулит, дожидаясь команды, заискивающе прижимается брюхом к земле, а потом, получив властный кивок, стремительно срывается с места и мчится вперед, умело вгрызаясь в застывшую породу.
